Шрифт:
Яркая желтая вспышка озарила сознание Рената. Щелк!.. Кое-какие частички пазла сложились в причудливую картину. В этом была опасная и точная логика Вернера, который не зря напомнил о себе.
В ушах Рената зазвучал мелодичный, как храмовый колокольчик, голос Сони: «Желтые брюлики!.. Когда-то на выставке в Антверпене я видела чудесную брошку!.. Отборные африканские алмазы в платине!..»
– «Цветок саванны»… – прошептал он.
Перед глазами возникла брошь, которую показывала ему Лариса. Крупные камни, сверкающие, как золотой фейерверк. Подарок Мачо! И ее слова: «Никто не знает, что брошь у меня. Ты же не будешь… покушаться на мою жизнь?»
Это не могло быть простым совпадением. Желтые бриллианты в руках Ларисы, необычная просьба Сони… и страшная нужда в деньгах, угнетающая Рената. Звенья одной дьявольской цепочки, которая накрепко сковала всех участников.
– Теперь мы – рабы на галере Вернера, – вслух заключил дизайнер. – Лариса и я!
«Цветок саванны» мог бы разрешить проблему. Завладев брошью, Ренат избавляет Ларису от смертельной угрозы – раз. Продав бриллианты, он получает кучу зеленых и рассчитывается с Зоей – два. Исчезает необходимость убивать ее.
Возникло одно «но»: Соня с этим не смирится. Ведь она не получит броши и не избавится от соперницы. Хотя Зоя ей не конкурентка, она не успокоится, пока не сживет ее со свету. Руками Рената.
Он набирал и набирал номер Ларисы. Та не брала трубку…
Глава 39
Сигналы сотового на мгновение отвлекли Эдика, и Лариса ухитрилась вырвать у него брошку. Она метнулась к двери, он кинулся за ней, и в этот момент… кто-то включил свет.
Лариса остолбенела и попятилась. Эдик с разгону наткнулся на нее, схватил за плечи, увидел впереди черный зрачок дула и замер.
На пороге спальни стоял человек и целился в доктора из пистолета с глушителем. Лицо незнакомца закрывала маска с прорезями для глаз и рта.
– Отпусти ее, – холодно приказал он. – Подними руки и отойди в сторону.
Эдик повиновался. Он онемел от ужаса. Ситуация была безвыходной.
Лариса выронила «Цветок саванны» на ковер и ногой незаметно толкнула брошь под кровать.
– Вы кто? – трясущимися губами спросила она.
Вместо ответа незнакомец указал стволом на Эдика.
– Что это за хмырь?
– Это… это… мы коллеги…
– Р-работаем вместе… – заикаясь, пролепетал доктор.
– Я тебя убью, – процедил человек. – Прямо здесь и сию минуту.
– Н-не надо… я ничего не сделал…
Эдик готов был рухнуть на колени перед незнакомцем, если бы мог пошевелиться. На него будто столбняк напал. Двигались только веки и язык, все остальное словно окаменело.
Лариса прощалась с жизнью. Один раз, на вокзале, ее спасло чудо. Второго шанса судьба не дает. Почему она не послушалась Эдика и не спряталась на его даче под Саратовом? Может, потому, что от себя не убежишь?
Эти мысли пролетели в ее уме за долю секунды. Телефон, который лежал на прикроватной тумбочке, продолжал звонить.
– Твой? – лаконично осведомился незнакомец.
Лариса молча кивнула.
– Кто это такой настойчивый? – пробормотал он, шагнул к тумбочке, держа Эдика на мушке, и с силой швырнул сотовый на пол. Его лицо под маской перекосилось от ярости.
– Так-то лучше…
Телефон разбился, что вызвало довольную ухмылку грабителя. Он явился за «Цветком», это ясно.
«Как он нас выследил?» – подумала Лариса.
– Я шел за вами, потом ехал, – объяснил незнакомец, словно подслушав ее вопрос. – Я заприметил этого хмыря еще на Казанском.
– Как вы вошли?
– А ты не догадалась? Через балкон! Обожаю пожарные лестницы, карнизы, крыши… Риск – моя стихия.
Он говорил с Ларисой, глядя на Эдика, чтобы тот не вздумал выкинуть какой-нибудь фортель.
– Ну, признавайся, хмырь, боишься смерти?
Доктор судорожно сглотнул и не издал ни звука. Страх парализовал его.
– Боишься! – ответил за него человек в маске. – Смерти все боятся! Ну, молись, хмырь…
– Не трогайте его… – взмолилась Лариса. – Это я во всем виновата…
Она смотрела на незнакомца со странным ощущением, что где-то уже видела его. Голос этого человека, рост, осанка напоминали ей…
– Берт!.. Это ты?..
– Наконец-то! Узнала?
– Ты хочешь меня убить?