Кузнецов нахмурившись, задумывается на несколько секунд, затем стирает с лица все признаки эмоций и поворачивается к командиру базы.

— Пётр Семёнович, прошлым вечером никто не вторгался на вашу базу. Никакого неубиваемого солдата не было. Вы меня понимаете?

— Да, но…

— Все свидетели и слышавшие об инциденте не имеют права разглашать данную информацию. Вам запрещается даже обсуждать это. Видеозаписи с камер наблюдения мы изымаем. Легенду, объясняющую смерть пятерых солдат, вам предоставят, а все потери в виде оружия, камеры и части стены возместят.

— Так точно, — уверенно отзывается Пётр Семёнович, но на морщинистом лице отражается сомнение.

— Это не ваша забота. — Владислав шагает к командиру и кладёт тому ладонь на плечо. — Я понимаю, насколько сложно принять то, что вы видели. Так и не принимайте это. Просто забудьте.

Выйдя на улицу вместе с Листьевым, Кузнецов, чуть ли не срываясь на бег, спешит через базу, залитую светом прожекторов и звёзд.

— Алекс, что скажешь о госте? — спрашивает он у едва поспевающего за ним Листьева.

— Я без понятия, кто это, — качает головой Александр. — Если б камера сняла поближе, я мог бы рассмотреть лицо, и тогда…

— Твою мать! Хорошо, что я у начальства выбил на это дело и Пита, и Логана. Как чуял, что не ложный вызов, а говном пахнет.

Мужчины быстрым шагом подходят к месту, заснятому на видео. Трупы уже убраны, но кровь и гильзы остались. В том месте, где гость взобрался по стене, виднеются тянущиеся снизу вверх небольшие углубления. Напротив расположено здание в форме буквы «Г», во внутреннем углу которого зияет огромная дыра. Края неровные, будто кирпичи выдёргивали с бешеной силой, где целиком, где кусками. Но почти никаких обломков, немного крошева — и только. Полдюжины человек уже обследуют место происшествия. Один из них — миниатюрный с кустистой рыжей бородой — подскакивает к Кузнецову и сообщает:

— Владислав Михайлович, это точно очередная вспышка.

— Да, мы уже знаем, Морозов. Она частично попала на видео.

— Вы серьёзно? — У рыжебородого округляются глаза. — Это потрясающе! А что…

— Жень, гость ушёл в леса в сторону границы, идентифицировать его не удалось. Так что вкратце расскажи, что тут у тебя, возможно, это поможет определить, с кем мы имеем дело.

— Хорошо, хорошо, — взмахивает руками Морозов. — Повреждения от вспышки стандартные. Пять убитых, один с разорванным горлом, и у всех пулевые ранения. На месте найден немецкий пулемёт времён Второй Мировой. В стене вертикальные щели высотой около сантиметра, а глубиной три-четыре. Расположены группами, по четыре-пять штук.

— Они загнуты вовнутрь? — подаёт голос Листьев.

— Да, слегка загибаются книзу и идут уже вглубь.

— Это всё? — спрашивает Кузнецов.

— Пока да.

Владислав кивает и уже собирается уходить, когда Алекс вновь задаёт вопрос:

— А горло солдату могли разорвать когтями?

Морозов прищуривается и неуверенно отвечает:

— Может быть, вскрытие только началось.

— Алекс, пошли! — бросает через плечо Кузнецов. — Время!

Листьев спешит за Владиславом, уже бегущим к двум серебристым летательным аппаратам, за схожесть формы именуемых «скатами». Обтекаемый корпус с небольшой кабиной для одного пилота заканчивается хвостовым оперением самолета, а середину каждого из двух широких крыльев занимает винт. Десантный отсек на пять челочек имеет выход в хвостовой части машины. «Скат» снабжён одним авиационным пулемётом на носу и скрытыми в днище малыми подвесами для ракет. Эта небольшая бронированная пташка сочетает в себе достоинства вертолёта и самолёта, не являясь ни тем, ни другим.

Листьев и Кузнецов влезают в один из летательных аппаратов. Владислав приказывает поднять машины в воздух и поворачивается к трём бойцам, сидящим в десантном отсеке. Крайний справа, довольно мускулистый, дымит сигарой. Бакенбарды, предающие несколько звериный вид, доходят почти до уголков рта, но усы и подбородок подбриты. Волосы слегка вздёрнуты вверх и складываются в этакий бардак с выделяющимися «рожками». Рядом сидит молодая, атлетично сложенная блондинка в чёрной кепке. Волосы собраны в хвост, а большая грудь сильно натягивает верхнюю одежду. Последний член команды — босой парень лет восемнадцати. Его худощавое тело облачено в спандекс камуфляжной расцветки, а на руках закреплены наручи. Каштановые волосы слегка прикрывают карие глаза, а в лице есть что-то странное. Нечто нетипичное. Может показаться, что глаза и рот слишком крупные.

— Ну и насколько всё плохо? — спрашивает, дымя сигарой, мужчина с бакенбардами.

— Всё плохо, Логан, это верно, — отвечает Кузнецов и кивает Листьеву.

— Гость — человек или выглядит как человек, — начинает Алекс, присев напротив бойцов. — Очень живуч, по крайней мере, пулями его сложно прикончить, если вообще возможно. Думаю, у него есть когти сантиметра четыре-пять длинной. Скорее всего, он солдат из реальности Второй Мировой, и… пулемёт у него немецкий. Он говорит на английском, но вы знаете, это мало что значит.

— Замечательно, — произносит блондинка.

— Это не всё, Соня, — вмешивается Кузнецов. — На данный момент гость вооружён АК-23 и уже убил пять человек. Поскольку он вооружённый солдат, то мог перенестись с поля боя и неправильно понять то, что происходит. Поэтому вы будете использовать транквилизаторы: возможно, с гостем получится договориться. Ещё мы недалеко от границы, связи не будет и поддержки «скатов» тоже. Подадите сигнал, когда возьмёте гостя.

— А с каждым разом всё лучше и лучше, — усмехнувшись, замечает парень, натягивая бронежилет.