Маша обмякла, разметавшись на кровати.

— Что мы делаем... — пробормотал Василий, вжимаясь в стену.

— Да не ссы ты, никому она ничего не скажет! — Иван Петрович потёр ладонь, которой бил, и разорвал ночнушку на девушкиной груди.

Из разорванной ночной сорочки выглянула левая грудка девушки, краснея красным сосочком. Мужчины, как завороженные, уставились на грудку.

— Хочешь попробовать? — мотнув головой, прохрипел Иван.

— Ну раз такое дело... — друг Вася встал на колени, нагнулся, обхватил девушкину грудку ладонью и отправил сосочек в свой рот, одновременно расстёгивая пуговицу своих брюк.

Из материалов уголовного дела:... всё это я делал под угрозой расправы со стороны Кузнецова И. П. ...

Стилистика и орфография сохранены.

Причмокивая, мужик засасывал грудочку ртом, одновременно подрачивая свой стоящий член, зажатый в ладони. Маша открыла глаза и слабо застонала.

— Потом лизаться будешь! — Иван Петрович оттолкнул Василия, приспустил свои штаны и трусы и покрякивая, держа в ладони стоячий конец, взгромоздился на невестку.

— Лучше лежи смирно... — рыкнул он перегаром в лицо девушки, пристраивая свой член ей между ног.

Было неудобно, член никак не хотел влезать в сухое, сжатое влагалище. Головка члена тёрлась об девичью "шёрстку", от одного этого мужик уже готов был кончить. Маша окончательно пришла в себя, завозилась под Петровичем.

— Лежать! — Петрович пальцами ухватил Машу за подбородок, плюнул на свободную ладонь, приподнял свой таз и обмазал член.

— Сейчас я тебе вдую! — он приблизил свои губы к самому лицу девушки.

Член головкой упёрся между половых губок Маши.

— Что вы делаете!? У вас же будет... — крикнула несчастная, мерзавец-же зажал ей рот ладонью.

Из материалов уголовного дела дела: Я не знал, что Кузнецова М. А. на тот момент была беременна...

Следствие установило обратное.

Иван надавил посильнее — вогнал свой, обмазанный слюной член, в сухое, узкое влагалище Кузнецовой. Маша громко вскрикнула и застонала. Тяжело дыша, Петрович остервенело таранил Машину щёлку, вгоняя в неё свой член по самые яйца. Девушка плакала, кричала, стонала, умоляла прекратить — но ничто не могло повлиять на насильника. Обхватив руками нежные девушкины груди, Петрович принялся теребить пальцами сосочки. Когда, наконец, Иван Петрович кончил, исторгнув в лоно Марии фонтан своего гнусного семени, несчастная вновь лишилась сознания, раскинувшись под потным телом свёкра.

Тяжело и удовлетворённо вздохнув, Петрович скатился с тельца несчастной, лёг на спину и положил ладонь на девушкину промежность. Под ладонью было мокро и возбуждающе. Этой-же мокрой ладонью Машин свекор коснулся своего зудящего, стёртого члена, закрыл глаза, мысленно возвращаясь в пережитое минутой ранее...

Из нирваны его вырвали прерывистые вздохи его друга. Открыв глаза и чуть повернув голову в сторону, Иван увидел, как его друг, перегнувшись поперёк кровати над девушкой, водит своим стоячим членом по лобковым девичьим волосам, оттянув кожицу, обнажив головку. Наличие поблизости семени друга, тонкой струйкой стекающей между растерзанными половыми губами, похоже, нисколько его не смущало.

— Вставляй ей — вяло проговорил Иван Петрович, вновь закрывая глаза.

Поняв разрешение по-своему, Вася переместился к голове девушки и ткнулся головкой члена в сжатые губы на бледном девичьем лице. Оттопырил верхнюю губу Маши, задвигал рукой, водя кончиком члена по её зубам и десне. Спустя минуту он задрожал и окатил девичье личико струёй спермы.

— Это всё на что ты способен? — с пьяной улыбкой изрёк Иван, садясь на кровать.

— Вань, раз уж пошла такая пьянка, есть у меня одна мысль... мечта... — чуть смущаясь, произнёс Василий.

— Ну? — Петрович явно заинтересовался.

— Хочу вылизать... Попу ей, саму попу, понимаешь? — Вася оглядел распластанное на кровати голое, не считая изорванной ночнушки, девичье тело.

— Ого! А c виду такой тихоня! — хмыкнул Иван Петрович, подходя к Василию, придерживая портки рукой, и хлопая его по плечу.

Оба мужика так и стояли со спущенными штанами и свисающими членами.

— Давай для начала её свяжем — скомандовал свёкор, — Тащи с кухни скотч, знаешь, где он лежит?