— Ну как, все еще очень больно?

— Очень… Кость, видно, задета.

— А на вопросы мои отвечать можете?

— Постараюсь…

— Фамилия ваша?

— Иванов Дмитрий Семенович. Вон там в пиджаке бумажник с документами…

— Ну, а тот, кто в вас выстрелил, как же к вам в дом попал? Сами впустили или он ворвался к вам?

Иванов отвечает не сразу. Лежит некоторое время молча, закрыв глаза и стиснув зубы.

— Если вам трудно, то отложим это…

— Нет, нет, я сейчас! Погодите малость… Ну вот и полегчало. Все вам сейчас расскажу… — Помолчав еще немного, он открывает глаза и продолжает каким-то виноватым голосом: — Познакомился я с ним месяца три или, может быть, четыре назад. Подвез как-то… Шофером я на Первомайской автобазе работаю. Это можете по моим документам проверить, они в бумажнике. Отрекомендовался он работником торговли, продавцом промтоварного магазина в районном центре…

Иванов снова мучительно стонет и закрывает глаза. Капитан достает из пиджака бумажник и внимательно просматривает паспорт и удостоверение, выданное Первомайской автобазой.

— Встречались мы с ним потом еще раза два, — переведя дух, продолжает Иванов. — А недавно, недели две назад, сам зашел ко мне домой и предложил отрез дорогого заграничного сукна на костюм, но у меня тогда таких денег не было. И вот сегодня под самый вечер явился снова… Попросился переночевать, в случае если задержится на каком-то собрании работников торговли у нас в поселке.

— А фамилию свою он не назвал?

— Не то Тихонов, не то Тихарев, — немного подумав, отвечает Иванов. — Точно не запомнил. Петром Петровичем он назвался. А вообще-то, бог его знает, какие у него имя и фамилия. Виноват я, конечно, что документов не спросил, разрешив переночевать. Неудобно как-то было… А зашел он ко мне сегодня в первый раз часов в шесть или в начале седьмого и вскорости ушел на собрание. А может, и еще куда — я ведь этого тоже не проверял. Подождал я его до одиннадцати, да и лег спать: мне ведь на работу рано. Очень устал я за день: трудная поездка была, и заснул тотчас же. Вдруг слышу сквозь сон — Полкан лает. Поднялся, позвал собаку в сени, чтобы соседей не будила, иду открывать…

— А где теперь ваш Полкан?

— В погреб его этот мерзавец сбросил. Слышите, как скулит там?..

Стрельцов прислушивается — действительно скулит кто-то под полом чуть слышно.

— Ну так вот, вышел я во двор, а он мне навстречу — калитка, видать, не на засове была, — продолжает Иванов со страдальческой гримасой на лице. — Удивило меня еще и то, что он очень уж спешил поскорее попасть в дом. Да и вид у него был странный какой-то… Мокрый весь, тяжело дышит и злой, как черт. Это, правда, я уже в доме заметил… А тут еще Полкан начал на него рычать. Это его совсем разъярило. Размахнулся он и бац собаке сапогом в бок! Пес и угодил в открытый погреб. Тут уж я совсем заробел…

— А как выглядел этот человек? Каков он ростом, телосложением, во что одет?

— Здоровенный такой, широкоплечий и смуглый, как цыган. На циркового борца очень схож…

— Ас этим вот нет ли сходства? — показывает Стрельцов фотографию Козыря.

Иванов некоторое время внимательно рассматривает снимок, потом не очень уверенно заявляет:

— Немножко похож, пожалуй… Такой же плечистый. Только Петр Петрович постарше будет…

Снова, видно, заныла рана — он глухо стонет, стиснув зубы и сжав руки в кулаки.

«Придется прекратить допрос…» — решает капитан, но Иванов, полежав немного, продолжает:

— Почувствовал я, что неладное что-то с ним творится, и во двор хотел выйти от греха. А он отбросил меня в сторону, дверь на запор и свет потушил. Потом к окну прильнул. Я тоже из-за его спины наблюдаю, хотя и понять не могу, кого он высматривает там. И тут мы вас заметили… Я опять к двери, чтобы в дом вас впустить, а он выхватил что-то из кармана и шипит: «Ложись на пол, гад!..» Я уже за крючок взялся. И тут он бац в меня из пистолета… На какое-то мгновение лишился я сознания, а когда пришел в себя — слышу на кухне под чердачным люком грохочет что-то… Ну, а потом и вы ворвались…

Капитан Стрельцов тщательно осматривает дом Иванова, состоящий из двух комнат и кухни, но ничего подозрительного не обнаруживает. Зато находит след пули — маленькое черное отверстие, хорошо заметное на беленой стене у самых дверей. Значит, пуля, попавшая в Иванова, когда тот пытался сбросить с двери крючок, прошла через его руку навылет.

«Что же мне теперь с раненым делать?» — озабоченно думает капитан, бросая взгляд на хозяина дома. Но в это время из местной поликлиники прибывает сестра с бинтами и медикаментами. Ее прислал лейтенант Карцев. Поиски Козыря так и не увенчались в ту ночь успехом, хотя поселок был буквально прочесан местной милицией. Он как сквозь землю провалился…

Никаких следов Козыря не обнаруживается и днем, хотя капитан Стрельцов с группой оперативных работников занимается поисками с утра до поздней ночи. А на следующий день в поселок Первомайский неожиданно приезжает полковник Ковалев.

— Снова, значит, улизнул? — с непонятным Стрельцову спокойствием спрашивает он.

— Как в воду канул, — уныло отзывается капитан.

Они медленно идут по главной улице поселка, набросив на фуражки капюшоны прорезиненных плащей. Страдающий ревматизмом Ковалев зябко ежится от холодного ветра.