Шрифт:
– Анабель, ты не можешь быть ни с кем, ты это понимаешь?!
– прижал Маркус её к своей груди.
– Мы же когда-то пообещали друг другу, что будем всегда вместе, помнишь?
Губы девушки дрожали, как и все тело.
– Я помню об этом… Но мы оба нарушили это обещание.
– Ещё все можно исправить, я…
– Пусти меня, прошу, пусти!
– Анабель!
– Хватит! Ты и так меня унизил, оскорбил… С меня достаточно.
– Я никуда не уйду, Ани, слышишь… Никуда…
– И не стоит уходить, быть может, позже ты посмотришь на этот разговор другими глазами. Я бы очень хотела поговорить с тобой нормально, без оскорблений с твоей стороны. И выяснить настоящую причину твоего поведения на Сицилии.
Высвободившись из его рук, Бель попыталась привести свои чувства в норму.
– Я приехал сюда ради тебя и не дам какому-то прохвосту забрать тебя у меня!
– донеслись его слова до нее, когда она уже отвернулась и пошла прочь.
– До свидания, Маркус.
Глава 17
Сумерки медленно опускались на город, покрывая собой многочисленные высотные здания и прочие сооружения архитектуры. Солнце уходило за горизонт, уступая свое место ночным правителям. Туристы, приехавшие в город, не успевали пройти по тем самым знаменитым улочкам Лондона, ради которых они сюда приехали. Садясь в туристические автобусы, люди наспех фотографировали величайшие памятники архитектуры, такие как Биг-Бен, Вестминстерское аббатство и дворец, Вестминстерский мост и многие другие.
Удивительно, но жители города не замечали того, насколько им повезло жить в городе, наполненном историей, наполненном жизнью и красотой. Лишь человек, приезжий сюда, мог настолько сильно оценить потрясающее убранство города. Находясь рядом с Биг-Беном, туристы ошеломленно глядели на Вестминстерское аббатство и думали о том, как на одной улице смогли уместиться сразу четыре великих памятника. Наслаждаясь городом, они не замечали холодного ветра, который постепенно усиливался.
Быть может, Анабель и разделяла их взгляды на великолепную архитектуру её самого любимого города, но сегодня она думала совсем о другом.
Сидя в кромешной тьме, девушка с волосами цвета утренней зари сидела на маленьком диване и пыталась заглушить в себе чувство обиды, страха и унижения. Слова Маркуса надолго засели в душе Анабель. Он дал ей самую настоящую пощечину, оскорбил, унизил. Но, самое главное, он назвал её подстилкой для мужчин. Поджав ноги, она слезно молила Бога простить её, простить за то, что причинила боль человеку, простить за то, что ей понравился совсем другой мужчина, за то, что нарушила обещания, что была глубоко обижена на Маркуса из-за измены. Качаясь из стороны в сторону, Бель не могла забыть его лица, полного презрения и злобы. В последний раз этот человек был таким лет семь назад, когда Бель усердно старалась вывести мужчину из огромной тьмы.
Ветер настойчиво ударял по стеклам и говорил о том, что он не будет милосердным этой ночью. Убрав волосы с лица, Анабель тускло взглянула на мобильный телефон. Стрелка часов приближалась к семи вечера. Все сотрудники уже давно покинули отдел, осталась только она. В который раз проведя тыльной стороной ладони по щеке, Анабель решила встать с дивана и начать собираться домой. Этот день явно не был лучшим. Ей необходимо было с кем-то поделиться сегодняшними событиями, и этим кто-то была её подруга Хлоя. Вспоминая удивленное лицо секретарши, когда девушка вернулась в офис, Анабель без всяких слов мысленно попросила её ни о чем не спрашивать. Уходя к себе в кабинет, Бель уловила лишь её голос о том, что Кристофера не будет до конца рабочего дня, чему все были несказанно рады. Все, кроме неё. Отчего-то ей хотелось почувствовать крепкую и надежную опору. Придя к себе, девушка целиком и полностью зарылась в работу, но это помогло только на минут двадцать. В памяти до сих пор прокручивался их разговор.
Шагая по темному кабинету, блондинка торопливо собирала свои вещи и решила, что завтра обязательно посоветуется с подругой. Закрыв за собой кабинет, девушка почувствовала, как урчит её желудок. Кроме кофе, который она пила, за весь день Бель больше ничего и не съела. Постучав себя по животу, девушка мысленно приказала ему успокоиться. Дома наверняка есть какая-нибудь еда. Думая об этом, она сама удивилась тому, что не помнит, есть ли у неё хотя бы пакет молока.
– Что же сегодня за день то такой!
– бубнила Анабель себе под нос.
Незаметно для себя она вышла из компании и была ошарашена тем, какой ветер поднялся на улице. Складывалось ощущение, что все боги ополчились против неё и решили наказать за каждый проступок, что она совершила за столь недолгое пребывание в Лондоне.
– Неужели это мое наказание!
– раскинула она руки и подняла лицо к небу.
– Может, хватит?!
Стуча зубами, Бель поплотнее укуталась в свое пальто и быстрыми шагами направилась на остановку. Проходя через толпу людей, Анабель то и дело наталкивалась на кого-нибудь.
– Смотри куда идешь!
– прозвучал мужской баритон.
Остановившись на минуту, девушка задумалась о том, почему в людях столько злобы и ненависти. Откуда она берется, кто её зачинщик? Эта мысль заставила её ненадолго задуматься и упустить из виду автобус, который проезжал мимо неё. Поздно заметив, что её транспорт уже проехал и остановился на остановке, находившийся в семи метрах, девушка побежала что есть мочи.
– Что же за день такой!
Только двери начали закрываться, как она вбежала в автобус и схватилась за грудь, пытаясь угомонить сильно стучащее сердце.