У него в глазу заноза. Оставлять ее там нельзя. Кто ж ходит с занозой в глазу. Это как-то… неправильно.

Бентон вытянул перед собой руки и развел их в стороны, ладонями друг к другу. Затем стал их плавно сводить к голове, с обеих сторон от поврежденного глаза. Наконец медленно свел воедино указательные пальцы, пока те не коснулись щепки. Боль по-прежнему была зверская, но на этот раз он ее хотя бы ожидал. Кончики пальцев Бентон прижал к деревяшке и потянул. Деревяшка сидела глубоко, так что поддавалась неохотно, но он не останавливался. В голове стоял шум вроде сирен – таких высоких, с завыванием. И лишь когда щепка вышла окончательно и на щеку брызнуло что-то теплое, до Бентона дошло, что вой этот исходил от него самого.

Держа занозу возле правого глаза, Бентон внимательно ее осмотрел. В длину примерно пять сантиметров, при этом почти половина в крови и глазной жидкости. Сучьи потрохи воткнули ему в глаз занозу. Лишили зрения. Ну все, не жить им, падлам.

Бентон враскоряку нагнулся и нашел свою винтовку, наполовину скрытую под останками Куинна. Мозг работал как-то нечетко, посылая конечностям не вполне те сигналы, так что на ходу Бентон то и дело спотыкался и отклонялся от курса. Однако руины амбара он все же оставил позади, на колени шлепнувшись всего раз. Об ожогах и погибшем Куинне Бентон как-то уже и не вспоминал, ну а о судьбе Раунди в его сотрясенное сознание не стукнуло даже мыслишки. В голове сидело одно: эти гады ослепили его на один глаз. Какие, спрашивается, люди способны ослепить человека? Не люди, а выродки, не заслуживающие жизни, – вот они кто.

Впереди в отдалении Бентон заметил два идущих силуэта – один высокий, другой пониже. И потянулся следом.

Детектив проехал в направлении места взрыва всего километра полтора, когда появился первый автомобиль – красная «Тойота Камри», на скорости уезжающая от них. Рука Уилли сжала «браунинг», в то время как Детектив сбавил обороты, таким образом увеличивая отрыв. Сзади скинула скорость и та безумная троица, Джеки Гарнер с Фульчами.

– У тебя есть какой-нибудь план, когда мы туда доедем? – спросил Уилли.

– Тот же, что и раньше: оставаться живыми.

Через дорогу сейчас плыли густые космы дыма. Это затрудняло езду, но одновременно и укрывало от тех, кто едет впереди. Как водится, «Мустанг» в них чуть не врезался на подъезде к месту взрыва. Красная машина материализовалась как из ниоткуда – передняя дверца с одного боку открыта, двое еще сидят на сиденьях. Едва завидев «Тойоту», Детектив дал по тормозам и крутнул руль вправо, а сзади Тони Фульчи (гляди-ка, а на вид увалень) кинул свой грузовик влево и, славировав из-за «Мустанга», сбоку припер красную тачку вместе с ездоками.

Лишенный возможности открыть дверь из-за чужого борта водитель, недолго думая, решил открыть стрельбу, но из-за габаритов фульчиевского монстра был вынужден опускать окно и высовывать руку, чтобы хоть во что-нибудь попасть; а это все драгоценное время. Пока он со всем этим управлялся, Тони дал четыре выстрела сквозь крышу машины, и водитель обвис, завалившись набок. Пистолет выпал, а рука так и осталась свисать наружу из полуоткрытого окна.

Пассажир, явно раненный, но еще способный держать оружие, выкатился через свою дверцу, надрывно кашляя и отирая глаза от дыма. Детектив дал по газам. «Мустанг» рванулся вперед, ударив пассажира снизу и срезав у «Тойоты» дверцу. Подсеченный ударом пассажир взлетел на капот «Мустанга», а затем съехал наземь, когда Паркер колыхнул машину вправо. Остановившись, он выскочил наружу под дым и дождь, а следом за ним выбрался Уилли.

Встречно со стороны огня к ним устремились двое, в желтых дождевиках и джинсах. В руках у обоих были, похоже, дробовики. Дождевики проглядывали даже сквозь дым. Так получилось, что Уилли увидел их первым. Он хотел предупредить, но вместе с воздухом глотнул дыма и поперхнулся. Джеки и один из братьев сейчас все еще вылезали из грузовика, а Паркер на корточках сидел над сбитым пассажиром.

Уилли поднял «браунинг».

«Я не хочу этого делать. Думал, что смогу, но ошибался. Думал, что все как-нибудь обойдется, пронесет; что найдем Ангела с Луисом и увезем их отсюда. Я же не знал, что все здесь так развернется – со стрельбой, трупами, смертоубийством. Я не убийца, не киллер. Мне здесь не место. Я не они, не все эти люди. И никогда не смогу таким быть».

Несомый слабым ветром дым плыл косыми облаками, и фигуры в желтом на секунду куда-то подевались.

«Уходите. Просто поверните, и все. Затеряйтесь, растворитесь в дыму. Пусть это будет концом всему, что здесь происходит».

Но дождевики возникли снова, уже ближе. Послышались выстрелы, и в дыму дрогнули сполохи огня. Уилли дважды выстрелил в того, что слева. Человек упал и больше не шевелился. Тут грянула целая канонада со стороны фульчиевского грузовика, и к первому упавшему присоединился второй. Было видно, как к ним движутся Джеки с Тони Фульчи; Тони прикрывает Джеки, а тот собирает стволы и наспех проверяет, живы ли их владельцы. Детектив сейчас осматривал водителя «Тойоты». К Паркеру примкнул Поли Фульчи, и слышно было, как Детектив сказал ему, что шофер не дышит и его напарнику осталось недолго. Затем они вчетвером зашагали к порушенному амбару, но Уилли к ним не присоединился. Он подошел туда, где на земле, раскинув руки, лежал убитый им человек. Одна пуля прошла мимо, а другая угодила в грудь. Человек был на пятом десятке – с пролысью, тучноватый, в дешевых джинсах и поношенных рабочих башмаках.

Уилли согнулся и упер руки в колени, стараясь не проблеваться. В глазах мельтешили искры. Его душу бередили гнев, горе, стыд. Механик вышел из пелены дыма и вразвалку подошел к одинокому дереву. Дождь шел на убыль, да и дерево толком от него не укрывало, просто Уилли сейчас не вполне полагался на свою способность стоять; ноги сделались ватными. Он прислонился спиной к коре, бросил на землю «браунинг» и прикрыл глаза.

Так Брю стоял, пока не послышалось шуршание шагов. Приближался Детектив. Лицо его было перепачкано сажей и дымом (видимо, как и у самого Уилли).