— Не всю жизнь, а до совершеннолетия, — уже тише сказала Женька. — А тебе так эта школа нужна?

— Конечно! Я учиться хочу! Чтобы переводчиком стать, надо очень много учиться. А потом я накоплю денег и уеду.

— Куда? — в свою очередь удивилась Женька.

— В Германию, к Инне Яковлевне, — сказал Ярослав.

— А зачем в Германии переводчик на немецкий? — спросила Женька.

Ярослав пожал плечами и сказал:

— Я буду ещё два языка знать, да и там могу другой университет закончить. Может, медицинский. Стану хирургом, как папа… Точно, Жень, я уеду. Я твёрдо решил. И Инна Яковлевна меня звала.

— Разве тебе здесь плохо? — Женька стала грустной и тихой, что бывало с ней редко.

— Не плохо, но… Понимаешь, Женька, у нас тут всё как-то… Не знаю, как объяснить. Вот в Германии, если делают машину, то там внутри есть такие специальные подушки, чтобы как бы ты не столкнулся, остался бы жив. А у нас человек сразу вылетает головой в стекло. Даже, если пристёгнут, всё равно может вылететь, — Ярослав сел на корточки, перебирая прошлогодние листья, которые рассыпались в его руках, и продолжил: — И так везде. У нас очень плохие дороги, Женька. У нас нет бензина для “скорых” и они могут приехать минут на двадцать позже, чем надо. Мой папа раньше сам работал на “скорой”, и я знаю, что иногда двадцать минут — очень много. И ещё у нас сильно пьют. Водитель “КамАЗа” тридцать первого декабря уже утром был пьян. Это что, нормально?

— Не знаю, — Женька пожала плечами. — Моя мать перед Новым Годом неделю отмечала. Весело было. Дядьки разные приходили. Некоторые даже конфеты приносили или газировку.

— Твоя мать не водила “КамАЗ”, — перебил её Ярослав. — Ладно, Жень, не слушай меня. Я наговорю всякого…

— А мне нравится тебя слушать, — сказала Женька, болтая ногами. — Ярик, а ты возьми меня в Германию. Возьмёшь?

Ярослав промолчал.

— Я всё, что ты хочешь, буду делать. Нет, правда… Ты не бойся, я хорошо себя буду вести. Возьмёшь меня?

— Это же очень нескоро, — Ярослав встал. — Ещё Инна Яковлевна только завтра улетает, а мне ждать и ждать.

— Ой! — Женька вдруг схватилась ладошками за щёки. — Забыла! Она звонила сегодня утром! Она тебя звала, чтобы ты пришёл! Адрес напомнила. Ты пойдёшь?

— Сейчас?

— Ой, уже поздно. Она в час куда-то уходит. Мы не успеем! А завтра днём уже улетает. Она какие-то книжки тебе отдать хотела… Теперь ты её не увидишь, да?

— Пойдём завтра утром, — решил Ярослав. — Отпросимся у Фроськи и пойдём. Обязательно надо проводить. Инна Яковлевна — самая лучшая воспитательница, какую я знал.

— А мне ещё Фроська нравится, — вздохнула Женька. — Ладно, тогда я в школу, да?

— Иди. А то завтра тебя никуда не пустят, и я поеду один.

Женька помедлила ещё немного, но потом, наверное, вспомнила, что завтра они поедут вместе и всё-таки ушла, ещё несколько раз по дороге обернувшись. Ярослав вытащил из кармана часы, на которых недавно порвался ремешок, посмотрел на мигающие цифры и пошёл в детский дом. Опаздывать на обед даже в Фроськину смену не хотелось.

Вечером небо затянуло мрачными тучами и хлынул дождь. Неожиданно, после тёплого и солнечного дня. Вода лила потоками, мгновенно создавая и вспенивая лужи. Земля размокла и почернела, на стекле каплями вырисовывались причудливые дорожки. Сергей уже опаздывал на работу, а теперь ещё придётся добираться туда под дождём. А у него нет даже такой простой вещицы, как зонт. Да ещё бывшая жена, звонившая несколько минут назад, заявила, что выходит замуж. Пусть, конечно. Но пока этого не произошло, была какая-то надежда, что всё уладится, всё станет на свои места. Всё было как будто не по-настоящему. А теперь, оказалось — это реальность. У неё новый муж, а у Сашки — новый папа…

— Отдай сына, — попросил Сергей у жены.

— Какой из тебя отец, — устало отозвалась она. — Радовался бы, что Гена Сашку усыновляет. Тебе алименты платить не надо будет.

— Я не подпишу документы! — сказал Сергей. — Я живой и дееспособный. И это мой сын!

— Это наш сын. И ты должен понимать, что для него лучше жить в полной семье с нормальным отцом. Чтобы тот думал о ребёнке, а не ковырялся в своих воспоминаниях!

— Ты думаешь, твой новый будет думать о Сашке?

— Будет. И о Сашке и о ребёнке, который у нас с ним скоро родится. Он очень ответственный и порядочный человек. И мне с ним надёжно.

Сергей скомкал в кулаке телефонный провод и кое-как выговорил:

— Приведи Сашку завтра. Я ему подарок на день рождения купил. Большую машинку. Такую, как он просил.

— Хорошо, — согласилась жена, — я его приведу. Только ты пойдёшь со мной и подпишешь всё, что нужно.

— И больше его не увижу…

— Не увидишь ты его в любом случае. Мы скоро уезжаем в Москву. Впрочем, фотографии я тебе буду высылать. Ну, что?

— Я должен подумать.

— Думай.

— Я тебе перезвоню позже, с работы.