— Я бы порекомендовала вам беспокоиться о собственном здоровье, — спокойно проговорила я в ответ, задумчиво разглядывая ротмистра. Если это — весь состав нашей делегации, то… это будут сложные переговоры. Утешало только одно: мы с ним находились, фактически, в одном звании, и это не давало ему права командовать. — С прогрессирующим артритом, должно быть, трудно держаться в седле. Или подняться с кресла вам мешает подагра?

— Я бы продемонстрировал тебе собственное здоровье, да только скелетами не интересуюсь, — фыркнул он, не меняя позы.

— Стало быть, мне невероятно повезло, — медленно кивнула я.

Да, это будут сложные переговоры!

— Игорь! — возмутился Аристов. — Прекратите немедленно, или я буду вынужден вызвать вас за оскорбление дамы!

— Не стоит, Сергей Сергеевич, — мягко улыбнувшись, я качнула головой. — Думаю, будет лучше, если я сама его вызову, на рапирах, и не до первой крови, а до смерти, — с тем же выражением лица тем же ровным тоном добавила я, с намёком разглаживая пальцами правой руки перчатку на левой.

— А ты не переоцениваешь свои силы? — усмехнулся Одержимый.

— О, ни в коей мере, — ободряюще улыбнулась я. — Но я также оцениваю степень собственной нужности этой стране и Государю Императору. Вы, разумеется, убьёте меня, и довольно быстро, — я весьма посредственный фехтовальщик, — но расплата за это будет… болезненной. И одержимость вас не спасёт. Видите ли, сударь, Одержимых в Империи несколько тысяч. А таких, как я, всего трое.

— Угрожаешь? — усмешка стала похожа на оскал.

— Вы всерьёз полагаете, что при наших с вами весовых категориях я могу вам чем-то угрожать? — я вскинула брови в жесте вежливого недоумения.

— Значит, блефуешь! — удовлетворённо кивнул он, щурясь.

— Желаете это проверить? — скучающим тоном уточнила я. — Тогда, полагаю, господин действительный статский советник одолжит мне своё оружие, чтобы не откладывать это мероприятие.

Дуэль взглядов длилась несколько секунд, а потом Ветров рассмеялся — раскатисто, искренне. Смех у него был неприятный, но зато подходящий остальной наружности: резкий, хриплый и каркающий. Таким Кощей из древних сказок, должно быть, смеялся. Или, скорее, Змей Горыныч.

— Ива! — вдруг, резко оборвав смех, заявил мужчина, продолжая весело ухмыляться.

— Простите? — одновременно уточнили мы с хозяином кабинета.

— Ветка ивовая, ивовый прут. Из которых в старину розги делали, — охотно пояснил он. — Ладно, Аристов, теперь верю, что эта твоя Веточка хоть на что-то годится, — насмешливо фыркнул он.

— Скажите, Ваше превосходительство, это — весь состав делегации? — уточнила я, опускаясь в кресло. Македа тут же покинула хозяина кабинета и поспешила улечься у моих ног, расположившись между мной и Одержимым, мордой к нему. Кажется, Её Величеству этот человек тоже не понравился. По-моему, исчерпывающая характеристика.

— Да, Вета Аркадьевна, — с сожалением проводив собаку взглядом, Аристов тоже присел, настраиваясь на рабочий лад. — Вы уже успели ознакомиться с материалами?

— Увы, я только вчера начала это знакомство.

— В таком случае, не буду вдаваться в подробности, но большая делегация в свете поставленных смелых целей — это огромный риск, — вздохнул начальник. — В случае опасности Игорь Владимирович, надо надеяться, успеет эвакуировать вас оттуда, а при большем количестве представителей это будет сложнее.

— И за какие заслуги эта миссия была доверена именно господину Ветрову? — не удержавшись от лёгкой иронии, уточнила я.

— А ты, стало быть… — тут же вскинулся упомянутый, но новый виток обмена любезностями был прерван хозяином кабинета.

— Ветров! — рявкнул он, уже всерьёз раздражаясь. — Ещё слово, и я буду вынужден доложить вашему командиру!

Гвардии ротмистр скривил недовольную физиономию, но промолчал, а Аристов тем временем продолжил извиняющимся тоном.

— Простите, Вета Аркадьевна, но на обеспечении вашей безопасности настаивали Их Императорское Высочество Владимир Алексеевич лично, и кандидатуру утверждали они же, — развёл руками начальник. — А господин гвардии ротмистр — лучший из лучших.

— А великий князь лично знакомы с этой кандидатурой? — вздохнула я.

— Не думаю, но профессиональные качества господина Ветрова…

— Сергей Сергеевич, — перебила я его. — В профессиональных качествах господина Ветрова я не сомневаюсь, иначе при своём характере он бы не дослужился до чина ротмистра. Меня даже его отсутствующее воспитание не так волнует, как несдержанность и неспособность держать язык за зубами. Если он будет вести себя подобным образом в полевых условиях, мы можем не то что не рассчитывать на положительный итог переговоров, а вовсе не пытаться их начинать.