– Что?

Юрка отшатнулся, машина качнулась – одним колесом она угодила-таки в канаву и стояла неровно. Юрка сдал назад, и «мерс» вперевалочку выполз на дорогу, развернулся и покатил дальше.

– Останови тут, – попросил Егор, и Юрка послушно свернул на обочину, заглушил двигатель. Потом положил руки на коленки, как примерный школьник, и заговорил сам, не дожидаясь расспросов:

– Она на похороны отца пришла, потом на поминки. Я напиться пробовал, но не смог, не лезло. Потом вышел вроде как подышать, иду вдоль стенки и вижу под козырьком отличную такую балку, крепкую и невысоко. Я прикинул, что в самый раз будет, снял ремень, перекинул, петлю соорудил. Даже примерил. – Юрка усмехнулся, и от этой улыбки у Егора по хребту пробежал холодок, а Павлов говорил дальше: – Ну, примерил, влез на перила, петлю нацепил, и тут Вика твоя нарисовалась, с сигаретой в зубах. Меня увидела, обалдела, конечно, и… В общем, из петли, считай, вытащила зачем-то…

Егор смотрел на заросли крапивы и полыни, что колыхались под ветром. Ситуация вновь разворачивалась вокруг своей оси, и люди, которых он считал предателями, оказывается, играли в свою игру, и не против него, как он думал, а по-своему пытались ему помочь. Вика не уехала – почему, ведь он просил ее? А Юрка… Да какой с него спрос. С сигаретой… Ну да, она курила после развода, но потом бросила и больше года не притрагивалась к этой дряни, даже от ментоловых отказалась. И вот нате, снова за старое, стресс, поди, так сказался…

– Вытащила и даже ремень сняла, выкинула куда-то, а потом мы с ней надрались до зеленых чертей. И я ей все рассказал, и про аварию, и как тебя сдал, все как на исповеди. Сказал, что Орехов в бешенстве, он не ожидал, что ты так ловко уйдешь от его людей, что готов хорошо заплатить любому, кто приведет тебя к нему. И мы решили…

– Сдать меня? – ляпнул Егор. Юрка снова прикусил губу и помотал головой.

– Нет, ты не понял. Вика… Она обманула тебя, когда пообещала уехать. Ты же ей ничего не сказал, она решила сама все выяснить и помочь тебе. Она тебя любит, везунчик.

Юрка жутковато улыбнулся, и Егору вдруг стало стыдно. Как просто все и страшно – Вика решила все выяснить сама и полезла зверю в пасть, а что жива до сих пор, так это вопрос времени. Что же он натворил, решил просто избавиться от нее, а надо было все рассказать, напугать до чертиков и лично посадить ее в самолет. Слишком уверен был в себе, вот и получите…

– В общем, разыграли мы с ней комедию – я ее типа сдал, как твою невесту, а она от страха согласилась тебя выманить, за что Орехов ей заплатить обещал и вроде как половину уже отдал. Потом сказала, что мне и ей только ты помочь можешь и что надо тебя найти, чтоб ты глупостей не наделал. А тут как раз Орехов мне «Разборку» и «Астру» в управление отдал, и Вика вроде как страстью ко мне воспылала, никто ничего и не заподозрил. Мы с ней сейчас вместе живем, но в разных комнатах, – торопливо добавил Юрка, но Егор его почти не слышал. Стыд и страх за Вику сжирали изнутри, как смертельная болезнь, вся его дурь, все ошибки так и лезли наружу, напоминали о себе – то пришедшим на память словом, то поступком. «Ну и как он, хорош в постели? Тебя все устраивает?» Боже милостивый, если бы вернуть вчерашний день…

– А потом я про то фото вспомнил, – донеслось точно из-под воды, и Егор вскинулся.

– Кто этот человек?

– Без понятия, – предсказуемо ответил Юрка. – Помню, отец говорил, что тот мог что-то знать. Им Сивов занимался, но без толку.

– Сивов? – Фамилия показалась знакомой, но где и когда она звучала, Егор припомнить даже не пытался. Он убрал «стечкина» в кобуру и теперь крутил в пальцах выключенный мобильник. Надо позвонить Вике, сейчас же, она ввязалась в опасную игру, и в любой момент Орехов поймет, что девушка водит его за нос. Надо увезти ее отсюда, как и должен был сделать это раньше, а потом вернуться и все тут закончить, но уже без нее. Позвонить… Да после вчерашнего она и слушать его не станет, в лучшем случае пошлет куда подальше, в худшем просто выключит телефон.

– Сивов был помощником твоего отца, – сказал Юрка, – он то ли мент, то ли фээсбэшник, засланный. ЧОП под себя переделал, потом документы подменил, и отец твой не при делах оказался.

– Вот ты где нахватался, – рассеянно сказал Егор, прикидывая, как быть дальше.

– Ну, это старый трюк, его все знают… Егор, я сам убью Орехова и покончу с собой, все равно мне не жить…

– Не дури, – поморщился Егор, и тут у Юрки зазвонил мобильник, Павлов потянулся к трубке и охнул – Егор перехватил приятеля за руку, ткнул пальцем в кнопку «отбой».

– Вике позвони, – попросил Егор, – пусть приедет… Да хоть на «Разборку», без разницы. Сейчас пусть едет, сию секунду. Наври ей что угодно, но вытащи сюда. Пожалуйста.

Юрка понял все с пол-оборота, нашел в списке нужный номер и нажал вызов. Тишина, потом короткий проигрыш, и автоответчик сообщил, что аппарат абонента выключен.

– Странно, – Юрка набрал номер девушки еще раз и с тем же успехом, – мы договорились, что она будет на связи… Может, аккумулятор сел?

Выключен, у Вики выключен телефон, а это значит… Что угодно по большому счету, но если он прав, то все очень неплохо.

– Гони, – сказал Егор и отобрал у Юрки мобильник, – гони, плюй на штрафы. Да пошел же, пошел!

Он пихнул Юрку в спину, тот завел двигатель и выжал газ. «Мерс» рывком взял с места и погнал, прыгая на кочках и считая ямы, вылетел на проспект в левый ряд в миллиметрах от разделительной. Юрка обеими руками вцепился в руль и ничего не спрашивал, только послушно выполнял приказы: прямо, налево, потом у палатки направо и дальше по прямой, до границы города и еще километров пять по трассе.