В полумраке двора Фабиан столкнулся с толпой человек из ста. Почти все они были темнокожими. Мужчины стояли кучками и курили, некоторые женщины держали на руках младенцев. Дети постарше молчали или играли в незатейливые игры. Атмосфера была угнетающей, люди был одеты кое-как: лохмотья на них были штопаны-перештопаны.

Появление трейлера Фабиана вызвало волнение в толпе. Белый господин в сером с иголочки деловом костюме поздоровался с Фабианом. Не успел латиноамериканец познакомить его с пойманным в его сети уловом, как белый господин дал понять Фабиану, что он один из предпринимателей.

— Меня зовут Кулидж, — представился он, оглядывая приезжего и его трейлер. — Такой гостиницы на колесах я еще не видел. Думаю, немало лошадиных сил требуется для того, чтобы таскать его.

— Да и человеческих сил, думаю, требуется немало, — вмешался Хлопотун.

— Мы и занимаемся человеческими силами, — заметил Кулидж, беря под руку Фабиана, разглядывавшего толпу.

Он провел его через эту толпу, молча расступавшуюся перед ними, мимо нескольких покупателей, холодным взглядом оценивавших гаитянцев.

— А как ко всему этому относится закон? — поинтересовался Фабиан.

— Это вы о чем? — посмотрел на него Кулидж.

— Все о том же, — отвечал Фабиан. — Разве продажа людей не противозаконна?

— Людей никто и не продает, — подчеркнул Кулидж. — Мы продаем возможности. Людям, которым нужна работа, или людям, которым нужны люди.

— Но эти гаитяне прибыли сюда нелегально, — вежливо продолжал Фабиан.

— Что легально, а что нет, решает закон, — невозмутимо заявил Кулидж. — Но закон не смог помешать сотням тысяч этих иностранцев — гаитян, доминиканцев и прочих — перебраться через границу. А теперь закону вмешиваться поздно.

— Вы хотите сказать, что полиция, иммиграционные власти, профсоюзы, агентства, заботящиеся о благосостоянии населения, пресса ничего не знают о том, что здесь творится? — спросил Фабиан.

— Знать — это одно, а что-то предпринимать — другое, — спокойно возразил Кулидж. — У властей недостаточно кадров и средств для того, чтобы собрать всех этих людей, попавших к нам в страну, предоставить им адвокатов, одного за другим привлечь к суду за нарушение закона, о существовании которого они даже не подозревают, перевести на английский то, что они говорят, и на ихний туземный — то, что сказано в законе, доказать их вину, выслушать их жалобы, судить их опять, депортировать каждого из них в Гаити, Мексику или Колумбию. Это слишком большая работа. Власти предпочитают искать марихуану. Им это проще.

— Эти туземцы знают по-английски только одну фразу: «Дайте мне работу», — вмешался Хлопотун.

— Мы помогаем им найти еду, жилье и работу, — продолжал Кулидж. — Должен же, в конце концов, кто-то помочь им.

— И во сколько обходится им такая помощь? — спросил Фабиан, в упор посмотрев на говорящего.

— Если речь идет об одном человеке, то она стоит больше, чем на двоих. А если нанять целую семью, да еще с малышами, то вы на этом здорово выгадаете.

— И сколько же я заплачу, скажем, вот за эту пару? — поинтересовался Фабиан, указав на темнокожую чету — низенького мужчину лет пятидесяти с лишним и женщину, по-видимому его жену, чуть помоложе, но с изрезанным морщинами лицом и усталыми глазами. Они, заметив, что на них смотрят, стали переминаться с ноги на ногу, жадно разглядывая Фабиана и через силу улыбаясь, обнажив гнилые зубы.

Бросив профессиональный взгляд на эту пару, Кулидж заявил:

— Такая пара еще в состоянии творить чудеса, работая на ферме или в поместье.

— Туземцы-рабочие — это же чудотворцы, — вторил Кулиджу Хлопотун.

— И что же произойдет, если я найму их? — с напряжением в голосе спросил Фабиан.

— Они знают, что принадлежат вам. Все подписано, запечатано, доставлено по назначению, мистер Охранник природы, — объяснил Хлопотун.

— Хотите сказать, что других забот у меня не будет? — поинтересовался Фабиан.

— А какие еще вам нужны заботы? — пожал плечами Кулидж.

— Нужно ли разрешение на работу? Какие-то бумаги от соцобеспечения, органов страхования, какие-то другие документы?

— Расслабьтесь, дружище, — потрепал его по плечу Кулидж. — Чересчур уж вы беспокоитесь. Наши туземные друзья вовсе не рассчитывают на благотворительность.

— Им нужен заработок, — подхватил Хлопотун.

Кулидж кивнул в знак согласия и добавил:

— Имейте в виду, всего неделю назад они умирали с голоду в Порт-о-Пренсе.

— Теперь вы можете стать принцем их порта, мистер Охранник природы, — сострил латиноамериканец.

— Дайте им работу, и они ваши, — произнес Кулидж, заражаясь оживлением латиноамериканца.

— А что, если я впоследствии передумаю и не захочу их больше использовать? — спросил Фабиан.

— Все зависит от вас. Можете передать их хорошему соседу, — с лукавым видом отвечал Кулидж, — или вызвать полицию и попросить депортировать их. Или обратиться к нам, чтобы мы от них отделались.