– Арлен Вьюк.

Кирин привычно растянул губы в улыбке и успокоился. Он подошел ближе, приобнял Меченого за плечи и понизил голос:

– Между нами, охотниками на демонов… Я был бы счастлив увековечить ваши подвиги в песне. Вы не против побеседовать со мной после аудиенции у его светлости?

Меченый повернулся к нему и подставил лицо лектрическому свету. Кирин ахнул, убрал руку и отшатнулся.

– Я убиваю демонов не ради славы, жонглер, – прорычал он, наступая на несчастного герольда, который налетел на книжный шкаф и едва его не свалил. – Я убиваю демонов, потому что они того заслуживают.

У Кирина задрожали руки, вино расплескалось. Меченый сделал шаг назад и улыбнулся.

– Не хочешь сочинить песню об этом?

Кирин так и не ушел, но больше не проронил ни слова, чему Меченый был весьма рад.

Чертог Юкора был меньше, чем помнилось Меченому, но все же производил глубокое впечатление. Потолок парил в недостижимой вышине, опираясь на величественные колонны, и был выкрашен в небесно-голубой цвет с бело-желтым кругом солнца посередине. Пол украшали мозаики, стены – гобелены. Места было предостаточно. Герцог устраивал в чертоге балы и приемы, наблюдая за празднествами с высокого трона в глубине зала.

Герцог Юкор ждал Меченого на троне. За его спиной на возвышении для вельмож стояли три некрасивые женщины в расшитых драгоценностями платьях. Их явное сходство с герцогом не оставляло места для сомнений – то были его дочери. У подножия лестницы, ведущей на возвышение, стояла мать Джоун с дощечкой для записей и пером. Напротив нее расположились цеховые мастера Раген и Малькум. Оба в прошлом были вестниками и держались накоротке. Раген что-то прошептал Малькуму. Малькум фыркнул. Джоун сверкнула глазами.

Рядом с Джоун стоял рачитель Роннелл, королевский библиотекарь. Отец Мери.

Меченый выругался про себя. Мог бы предусмотреть, что встретит Роннелла. Если Мери рассказала отцу…

Роннелл смотрел на него с интересом, но без узнавания, а значит, тайна Меченого в безопасности – по крайней мере, пока.

Два стражника закрыли дверь в зал и скрестили поперек нее копья. «Слуги» с дощечками для письма отошли за колонны, стараясь скрыться от внимательного взгляда Меченого.

Вблизи выяснилось, что за минувшие годы Юкор изрядно растолстел и постарел. Его пухлые пальцы по-прежнему были унизаны кольцами с драгоценными камнями, на груди висело целое состояние в золотых цепях, но волосы под золотой же короной поредели. Прежде он выглядел внушительно; теперь обнаружилось, что он не способен встать с трона без посторонней помощи.

– Герцог Юкор, Светоч гор и лорд Милна! Имею честь представить вам Меченого, вестника герцога Райнбека, Хранителя лесной крепости и лорда Энджирса, – провозгласил Кирин.

В ушах Меченого прозвучал голос Рагена, как бывало всегда при встрече с герцогами: «Не давай купцам и вельможам воли, иначе растопчут. Веди себя с ними как король и никогда не забывай, кто из вас рискует собственной шкурой».

С этой мыслью он расправил плечи и шагнул вперед.

– Счастлив познакомиться, ваша светлость, – произнес он, не дожидаясь, пока к нему обратятся. Меченый небрежно поклонился, и полы его одеяния распахнулись. При виде подобной дерзости раздались шепотки, но Юкор притворился, будто ничего не заметил.

– Добро пожаловать в Милн, – произнес герцог. – Мы много о вас слышали. Признаться, я и сам считал вас мифом. Прошу меня извинить.

Он изобразил, будто снимает капюшон.

Меченый кивнул и повиновался. Все дружно ахнули. Даже Раген сумел изобразить подобающий трепет.

Меченый подождал, чтобы все его хорошенько рассмотрели.

– Впечатляет, – признал Юкор. – Слухи не отдают вам должного.

Пока он говорил, метчики Рагена скрипели перьями по доскам, стараясь незаметно скопировать все символы.

На этот раз в ушах Меченого прозвучал голос Коба: «Мальчик, в Милне все обстоит не так, как в Тиббетс-Бруке. Здесь ничего не достается даром». Он не думал, что у метчиков получится много скопировать – символы были слишком мелкие и располагались чересчур близко, – но небрежно натянул капюшон, глядя герцогу в глаза. Смысл был ясен. Он не отдаст свои секреты бесплатно.

Юкор посмотрел на метчиков и нахмурился, недовольный тем, что они себя выдали.

– Я привез послание от герцога Райнбека из Энджирса. – Меченый достал запечатанный пакет.

Герцог сделал вид, что не услышал.

– Кто ты? – спросил он напрямик. – Откуда родом?

– Я – Меченый. Родом из Тесы.

– Это название в Милне под запретом, – предостерег герцог.

– Тем не менее это так.

Юкор был явно озадачен подобной дерзостью и откинулся на спинку трона, размышляя. Он разительно отличался от других герцогов, которых Меченый встречал во время своих странствий. В Лактоне и Райзоне герцоги были всего лишь марионетками городского совета. В Энджирсе Райнбек правил, но его братья и Джансон, похоже, принимали не меньше решений, чем он. В Милне все решал Юкор. Его советники давали советы, а не диктовали свою волю. О проницательности Юкора свидетельствовало его на редкость долгое правление.