– Она права. Нужно защищать себя и тех, кто тебе дорог.

– Ты говоришь совсем как мой сын. – Глаза Джефа затуманились.

– Что ты сказал? – У Меченого перехватило дыхание.

– Как я? – удивился Джеф-младший.

Джеф покачал головой.

– Как твой старший брат, – пояснил он.

Все за столом, кроме Ренны и Меченого, торопливо начертили перед собой метки.

– Много лет назад у меня был еще один сын по имени Арлен, – начал Джеф, и Илэйн сжала его руку, чтобы поддержать. – Кстати, он был сговорен с этой самой Ренной.

Он кивнул на Ренну.

– Мать Арлена убили демоны, и он сбежал.

Джеф уставился на стол и сдавленным голосом продолжил:

– Арлен вечно расспрашивал про Свободные города. Мечтал когда-нибудь в них побывать…

Он умолк и потряс головой.

– Но теперь у тебя прекрасная жена и дети, – сказал Меченый в надежде перевести разговор на более приятную тему.

Джеф кивнул и сжал ладонь Илэйн обеими руками.

– Я каждый день благодарю за них Создателя, но это не значит, что я забыл тех, кого потерял.

После завтрака Меченый отправился в конюшню проверить Сумеречного Плясуна. На самом деле ему хотелось немного побыть в одиночестве. Только он начал чистить лошадь, как дверь хлева отворилась и вошла Ренна. Девушка разрезала яблоко, скормила Сумеречному Плясуну половинки и погладила жеребца по бокам. Тот тихо заржал.

– Несколько дней назад я прибежала сюда среди ночи. Если бы Джеф не вышел за метки и не ударил подземника топором, демоны разорвали бы меня.

– Правда?

Ренна кивнула, и у Меченого встал ком в горле.

– Ты ведь не собираешься ему говорить? – спросила Ренна.

– О чем?

– Что ты его сын. Что ты жив-здоров и простил его. Он так долго ждал! Почему ты до сих пор караешь его, хотя я по глазам вижу, что простил?

– Ты знаешь, кто я? – поразился он.

– Конечно знаю! – отрезала Ренна. – Я не такая дура, какой меня считают. Откуда тебе знать о моем отце и о том, что он сделал, если ты не Арлен Тюк? Откуда тебе знать, что Коби был бычарой и которая ферма – Джефа? Ночь, да ты лазил по шкафам, как будто продолжаешь тут жить!

– Я не хотел называться. – Меченый вдруг осознал, что говорит с брукским акцентом, от которого избавился в Милне. Вестники с давних пор использовали этот трюк – имитировали акцент деревенских, чтобы завоевать их доверие. Он сам проделывал это сотни раз, но теперь все было иначе, как будто он притворялся много лет и наконец заговорил своим голосом.

Ренна пнула его в голень. Он взвыл от боли.

– Это за то, что думал, будто я не знаю, и ничего не сказал! – Она толкнула его со всей силы, и он упал на охапку соломы в глубине стойла. – Я ждала тебя четырнадцать лет! Верила, что ты вернешься за мной. Мы были сговорены. Но ты ведь и не собирался за мной возвращаться? Даже сейчас! Хотел заглянуть на денек и уехать, пока никто не прознал!

Она снова пнула его, и он, поспешно встав на ноги, спрятался за Сумеречного Плясуна.

Разумеется, она права. В Милне было то же самое. Он думал, что может посмотреть на былую жизнь издали, не прикасаясь к ней. Все равно что снять бинт, чтобы проверить, зажила ли рана. Но раны загноились и теперь кровоточат.

– Рен, мы не сговорены. Наши отцы просто потолковали.

– Это я попросила отца поговорить с Джефом, – призналась Ренна. – Я сказала тебе, что мы сговорены, и обещала на крыльце, что буду ждать тебя каждый день на закате. Значит, так и есть.

Меченый покачал головой:

– Но я тебе ничего не обещал. В тот вечер успели высказаться все, кроме меня.

Ренна посмотрела на него блестящими от слез глазами.

– Может, и не обещал, – признала она, – но я обещала. Этого у меня никто не отнимет, и я не возьму обещание назад. Когда мы поцеловались, я поняла, что мы предназначены друг для друга.

– Но ты собиралась замуж за Коби Рыбака, – с невольной горечью возразил он, – который поколачивал меня со своими дружками.

– Ты им здорово навалял, – возразила Ренна. – Ко мне Коби всегда был добр…

Она шмыгнула носом и коснулась бус на шее.

– Я даже не знала, жив ли ты, и мне пришлось бежать…

Меченый положил руку ей на плечо:

– Я знаю, Рен, и не хотел тебя обидеть. Я тебя не виню. Я только хотел сказать, что предназначения не существует. Надо просто делать то, что кажется нужным.

Она взглянула на него:

– Я хочу уехать с тобой. Вот что мне кажется нужным.

– Рен, ты понимаешь, о чем просишь? Я не прячусь в круг на закате. Со мной опасно путешествовать.