А вокруг все было как всегда, что меня даже порадовало. Небо было серое, крепостная стена была целая, без свежепоявившихся брешей, по ней разгуливали караульные, где-то орал на молодняк надсаженным голосом какой-то гельт — ничего не изменилось. И это очень хорошо, любые перемены — они к худшему.

— Вас долго не было — а вот и еще один столп стабильности. Как он узнает, что я появился в Файролле?

— Привет Назир — я повернулся к ассасину, который бесстрастно мне кивнул — И я тоже рад тебя видеть.

— Мастер приказал мне беречь вас, но я не могу это делать в том случае, если вы все время будете куда-то пропадать — учтиво и безлично попенял мне Назир. Елки — палки, в любом из миров одно и то же — я виноват.

— Я больше так не буду делать — по возможности искренне пообещал ему я — Правда — правда.

— Хотелось бы верить — почти по — человечески вздохнул Назир.

— А где кто? — решил я выяснить диспозицию — Где король, где Кролина, где Гунтер?

— Кто где — неожиданно иронично отозвался ассасин — Король в замке, Гунтер и этот бородатый дурнопахнущий неряха отбыли куда-то в холмы, с ними, к слову, отправилось немало ваших воинов… И пара чернецов тоже ушли с ними.

— Каких воинов? — перебил его я.

— Ваших воинов. Из вашего клана — пояснил ассасин.

— Думай, что говоришь — меня чуть на смех не пробило — Откуда у меня в клане много воинов? Стариков, детей и баб — много, это да. А воинов полноценных десятка два от силы. Это — не много.

— Так было — Назир явно начала очеловечиваться, в его голосе явно появилась ирония — До последнего времени. Но три дня назад ваш клан серьезно пополнился людьми, их привела мистресс Кролина.

О как. Это и в самом деле новости.

— А сама мистресс? — по возможности спокойно спросил у него я — Она с ними отбыла или здесь осталась?

— Здесь — порадовал меня Назир — Насколько я понял, она ожидает вашего появления. Она даже у меня несколько раз спрашивала — не видел ли я вас.

— Это хорошо — нельзя сказать, чтобы я уж очень сильно разозлился, так, маленько. Я понимаю — заместитель, я понимаю — тянет на себе весь клан, все так, все верно. Но, елки — палки, так же не делается? Прими одного человека, прими пять, но… Да нет, я на самом деле сильно разозлился, настолько, что прямо сейчас не буду ее искать, чтобы дров не наломать.

— Назирушка — вкрадчиво спросил я ассасина, стоящего передо мной — А много — это сколько?

— Я видел около сорока воинов — немедленно последовал ответ — Но, вполне вероятно, что я увидел не всех.

При лимите в сто рыл! Елки — палки! Это сколько ж у меня для мест в клане для игроков осталось?

Я открыл меню управления кланом, добрался до статистики и нецензурно выругался.

'Игрок Хейген.

Вы получаете первое устное предупреждение за использование ненормативной лексики.

Помните — чем слабее доводы, тем крепче выражения. Учитесь держать себя в руках, а стало быть — держать удар

Данное ограничение введено по требованию Министерства культуры РФ'.

Морализаторы хреновы! Я ругаюсь не потому что сделать ничего не могу! Хотя да, я ругаюсь как раз потому, что сделать ничего не могу. Не убивать же мне эту… Вербовщицу, прости Господи мою душу грешную!

— Ладно — глубоко вдохнув и выдохнув раз пять, снова обратился я к Назиру — Какие еще новости?

— Большой отряд ушел в тыл к Мак — Праттам — ассасин прищурился — Мне жаль, мастер, но там все очень плохо.

— Там — где? — не понял я — В большом отряде?

— У Мак — Праттов — пояснил Назир — Гнусный старец, которого мы тогда не добили, очень сильно взбаламутил Пограничье. По слухам, он проклял нас всех, провозгласил себя Верховным годи и поднял сине — зеленое знамя священной войны. И многие ему верят — наше войско покинуло два клана. Маленьких — но покинуло.

Однако. Интересно, а почему знамя сине — зеленое? Впрочем, какая разница. Плохо то, что люди бегут. Пусть пока два клана — но это симптоматика, и очень скверная. Елки — палки, мой косяк, упустил время — и вот результат. Надо было удавить этого старого хрыча сразу после того, как я узнал о том, что он примкнул к Мак — Праттам, тогда на это никто особо внимания не обратил бы. Ну, поорали бы гэльты немного о политических заказных убийствах — да и все.

И это если говорить только об убийстве. А мне ведь еще надо ему посылочку с того света передать, что теперь тоже сделать будет очень сложно. Не усомнюсь, что люди у Раньена свое дело знают, вот только работать они будут в спешке и про мой мешочек с землицей из-за грани могут попросту забыть, а это ведет к очень и очень неприятным последствиям. Не пойдет такой расклад, надо это все переигрывать.

Так что лоханулся я, чего уж. Ладно, хоть на одно умное дело в этой связи у меня ума хватило.