— Ну и что ты на это скажешь? — язвительно спросила Светка у Илюшки — Знак она увидела теперь какой-то. Ба, иди к себе, а?

Бабка тем временем, не обращая внимания на просьбы внучки, довольно шустро приблизилась к нам, не отрывая взгляда от Вики, точнее от ее груди. Мне стало любопытно, что она там такое углядела, я обернулся и увидел на ней кулон, тот самый, что в качестве новогоднего подарка ей передал Старик. Странно, что я сразу на него внимания не обратил.

— Ты кто есть-то такая? — вполне миролюбиво спросила Павлючиха у Вики.

— Травникова я — пробормотала Вика, явно уже сожалеющая о визите сюда.

— Травникова? — старуха заклекотала, судя по всему, это она так смеялась — Никак Таисьина внучка?

— Да — кивнула девушка.

— От же — от Павлючихи пахло так, что даже мне стало не по себе, что уж говорить о побелевших сестрах. Смешанный запах мочи и немытого старческого тела был просто невыносим — Вот она бы посмеялась, узнав кому ее внучка служить подрядилась. А ты, стало быть за мной пришла?

— Я погадать хотела — окончательно растерялась Вика — Теперь, правда, уже не хочу.

— Тебе? Гадать? — старуха окончательно развеселилась — Да тебе-то это зачем? Твоя судьба уже сплетена, ее смотреть не надо, в ней же теперь уже ничего не изменишь. Ни добавишь в нее ничего, ни убавишь, так-то.

— Ну да — подал голос Шишкун — Твоя правда, Светуся, с головой у бабушки беда.

— Надо ее в дурку определять — деловито заметила одна из девиц, сидящих за столом — У меня бабка так же умом тронулась, так чуть дом не спалила ночью. Хорошо папка с бодуна мучался, за рассолом пошел к холодильнику, заметил. Светк, может звякнем куда надо, пусть машину пришлют с крепкими ребятами и носилками?

Старуха протянула толстый грязный палец к кулону, болтающемуся между грудей Вики, и осторожно потрогала его, загадочно улыбаясь. Бедная девушка даже дыхание затаила, уж не знаю от чего — от страха или от брезгливости.

— Бабуля — мне все это надоело, да и супругу стало жалко, у нее в лице уже не было ни кровинки — Шли бы вы уже. Раз с гаданием не сложилось — то и ладно, и ступайте баиньки.

— Баиньки? — старуха басовито захохотала, разявив пасть и явив нам на удивление крепкие, молодые зубы — Будут мне сегодня баиньки, не сомневайся даже. Крепко усну, ох крепко! Так и хорошо это, заждалась уже…

— Вот и славно, вот и договорились — примирительно сказал я, вставая со стула — А мы пойдем, пожалуй. Так сказать — мир этому дому…

— Да куда тебе идти-то? — Павлючиха отсмеялась и уставилась на меня в упор — Некуда тебе идти. Сам рассуди — куда может пойти тот, кто уже все потерял?

— Что я потерял? — мягко и терпеливо спросил я у старухи, стоящей на моем пути. Ну, а что мне делать, не толкать же плечом? — Я ничего не терял.

— Да все ты потерял, правда и сам того не заметил — в тон мне, по — доброму, ответила та — Все потерял, а что не потерял — то сменял, по простоте своей да недомыслию. И теперь, чтобы найти все то, что потеряно, надо будет очень многое отдать. Да что там многое — все, что приобрел да крохи того, что осталось у тебя, отдать надо будет, до самого донышка и тогда у тебя появится мизерный шанс на то, чтобы снова вернуть себе самое главное, что ты доброй волей выбросил.

У меня возникло ощушение, что сейчас мои мозги закипят. 'Отдал', 'потерял' — что за хрень эта старуха несет?

— Но все равно ты поумнее этой дурочки будешь — старуха кивнула в сторону совсем уже белой Вики — Ты-то напоказ свою новую личину не кажешь, а она ее как флаг на демонстрации несет. Потому у тебя этот шанс будет, а у нее нет. Хотя он ей и не нужен вовсе, ей и так хорошо.

На самом деле это все было уже не смешно, да и старуха похоже и не так безумна была, как мне сначала показалась. То, что она несет здорово похоже на бред, вот только больно этот бред похож на кое-что другое.

— Бабуля — вкрадчиво сказал я, намереваясь задать один вопрос, который давно меня мучал. А вдруг старушка и впрямь из тех, которые знают больше, чем человеку положено?

— Бабуля, бабуля — старушка прищурилась и внезапно показала мне толстый шершавый язык — Все, что хотела, я тебе уже сказала, большего не жди. И того-то говорить не стоило, как бы мне теперь это там не аукнулось. Но напоследок надо же чего-то доброе сделать? Да и знак вы мне явили, так что — квиты.

В комнате уже явно никто ничего не понимал, на лице Илюшки Шишкуна гуляла блаженная улыбка, Светка и остальные девушки знай хлопали глазами.

— Один вопрос — попросил я старуху — Только один.

— Отстань, пора мне — отмахнулась та и поманила пальцем ту девчонку, что предлагала санитаров со смирительными рубашками позвать — Иди-ка сюда, чего дам!

В руке у бабки невесть откуда появился золотой перстень с тускло блеснувшим камнем.

— Ба, с чего это ты ей собралась чего-то отдавать? — возмутилась было Светка, но ее подруга оказалась шустрее, и, лихо сиганув через два стула, она попыталась цапнуть украшение с ладони старухи.