– Эй!

Он обернулся – за спиной был русский, у него было что-то вроде чехла для винтовки.

– Мысли идиотов совпадают.

– Это что?

Русский расстегнул чехол и показал металлоискатель «Minelab»…

Оставаться на улицах Днепропетровска с такой уликой было очень опасно.

Не рискуя даже поймать такси, Козак пешком дошел обратно, до здания временного представительства. Надо было упаковать улику как положено и отправить с ежедневным рейсом в Вашингтон. Вместе с отчетом, который он не писал уже три дня, для агента ФБР не написать ежедневный отчет – это все равно, что для истово верующего не прийти в субботу в церковь. Но тут он увидел Канаду, он и еще один парень в гражданской одежде прошли во внутренние комнаты. Подумав, Козак последовал за ним.

В комнате отдыха морские пехотинцы переодевались. Козак заметил, что на плече у Канады огромный синяк, причем в таком месте, куда попадает дубинка, если ею промахнуться по голове. Но бывший напарник на вид был в порядке.

– Эй, морпех. Как ты?

– Не так и плохо…

– По тебе не скажешь!

Канада накинул куртку от спортивной формы на голое тело.

– По тебе тем более. Пошли, выпьем.

Пиво было местным, марки «Боте». В большой пластиковой бутылке, оттуда наливали и пили. У русских не было принята стандартная упаковка «сикс-пак», в которую входило шесть бутылок по ноль тридцать три, минимальная емкость бутылки была ноль пять, но больше всего уходило пива вот в таких вот огромных бутылках коричневого пластика, из которого наливали в стаканы или пили, передавая друг другу. По американским понятиям такое употребление пенного напитка отдавало дикостью.

Но само пиво было неплохим. Насыщенным, больше европейским, чем американским. Служа в группе быстрого реагирования, они знали, что такое европейское пиво, – американское бледная тень его.

– Я смотрю, ты не скучаешь? – Козак кивнул на плечо напарника.

– Драка в баре…

Не надо быть агентом ФБР, чтобы различить ложь.

– Слышал, что произошло прошлой ночью?

– Опять снайпер?

– Да, он самый. Мне надо кое-что понять. Тот парень, который погиб, ты его видел? Он часто тут бывал?

– Это не лучшая тема для разговоров, брат.

– Да брось. Это же я…

– Все равно… ладно. Нет, он тут бывал редко. Раза два его видел.

– Не помнишь, когда?

– Довольно давно…

– То есть он тут бывал не постоянно?

– Нет…

– С кем он встречался?

– С теми, кого не существует.

– Христиане?

– Они самые.

Это было одно из сленговых обозначений ЦРУ. CIA. Christians in action. Христиане в действии.

– Он долго тут пробыл?

– Минут двадцать.

– А охрана?

– Она не заходила… послушай, а тебе это зачем?

– Сам не знаю, – искренне ответил Козак, – я чувствую, что тут что-то есть. Что-то тут точно есть.

– Не знал, что ФБР принимает чувства в расчет.

– У меня есть несколько дней, пока меня не отзовут. Я намерен провести их активно.

…

– Кстати, что думаешь про снайпера?

– Плохо дело, – Канада поежился, – реально плохо. Кто бы ни был этот ублюдок, я буду только рад, когда его схватят. Как подумаешь, что где-то расхаживает псих с винтовкой-полтинником…

– Не думаю, что он псих.

– Как знаешь. Может, и не псих. Но он всех нас сделает психами, если его не поймают, это точно.

– Как думаешь, почему он это делает?

– Не знаю… может, террор. От снайпера с такой винтовкой нельзя защититься ничем. Ни бронированной машиной, ни телохранителями.

Террор…

Внезапно Козаку пришла в голову идея… и он достал из кармана упакованную гильзу.

– Видел когда-то такие знаки?

Канада взял пакет, посмотрел на донышко, присвистнул.

– Видел… каждый день вижу.

– Что ты этим хочешь сказать?

Вместо ответа Канада прошел к дверям, приказал стоявшему на посту капралу дать один из магазинов к его винтовке, выдавил один патрон.

– Похоже?

Козак провел пальцем по гладкой поверхности гильзы. Да, все верно, то же самое обозначение.

Через полчаса, наведавшись в оружейную комнату и посидев немного в интернете, Козак установил производителя патрона – завод «Ингман», Босния и Герцеговина. Именно он маркировал гильзы обозначением IK. Патрон снайперский, специальный, калибра 12,7*99.

И этот завод здесь хорошо знали. Потому что именно с него закупалось снаряжение, в том числе и боеприпасы, которыми снабжались морские пехотинцы, охраняющие американское временное представительство.

Документов в посольстве на эти закупки не было, но Козак хорошо представлял себе схему. Существует такая линия, как «оказание военной помощи третьим странам», или, если по-простому – «обучи и вооружи». В этих рамках по специально выделенным Конгрессом лимитам закупается порой самая невероятная техника… например, когда с русскими были относительно нормальные отношения, для армии Афганистана закупили несколько десятков вертолетов «Ми-171». Кстати, у них, во Флориде, тоже стояли такие вертолеты, их использовал спецназ ВВС для тайных операций. Они отрабатывали десантирование с них во время совместных учений…