Сразу после того, как Лунд слег, командование принял Шенк, и это было правильное решение. Но все понимали, сохранить отряд уже не удастся. Шенк слыл опытным бойцом, спокойным и разумным. Никто с этим и не спорил. Но дело в том, что из выживших почти никто с ним прежде в наем не ходил, и лично его не знал. Это решало все. У наемников главное дело — репутация. Авторитет же приходит не сразу и легко не дается. Впрочем, Шенк и не претендовал. Сразу сказал, что командование берет только, чтобы обоз до Ладжера довести. Обещал и довел.

— Вот он Ладжер! — Дорога вывела их на вершину сопки, и перед Гертом за серой пеленой дождя открылся вид на город. — Приходилось бывать?

Герт посмотрел на черную реку, на серые стены из битого камня, на приземистые башни и темные пятна черепичных крыш и покачал головой.

— Да, нет! Не приходилось.

Он не соврал. Так все и обстояло. Не бывал, хотя и видел пару раз издали. Однако в город не заходил ни разу. Причины тому были разные, но результат один.

— Большой город, — как бы между прочим, обронил Шенк.

— Я вижу.

«Большой город, чего уж тут».

— Большой город, Карл, большие возможности.

— Предлагаешь идти вместе?

— А чем плохо? Мы друг друга худо-бедно уже знаем, а вдвоем ни в одной ватаге не пропадем.

— И куда двинем?

— Да куда захотим. Можно завербоваться в караван на запад, в Шеан или Кхор, а можно и обратно на север, в Приморье или Норфей.

— Две серебряные марки до Шеана, — вспомнил Герт слова Лунда, — за участие в бою — еще полмарки, за кровь — две…

— Таковы правила! — пожал плечами Шенк.

— Я могу предложить тебе больше.

Шенк Герту нравился, однако пригласить идти с собой — это совсем другое. Впрочем, кто не рискует, тот не достоин удачи, не так ли?

— На сколько больше? — вопрос правильный, по существу, и не задай его Шенк, Герт бы встревожился.

— Пятьдесят серебряных марок.

Ему, и в самом деле, нужен напарник. Дело ведь предстоит непростое, и может случиться, что второй меч понадобится скорее, чем хотелось бы думать.

— Пятьдесят марок серебром… И ведь это мы еще не торговались…

— И не будем! — отрезал Герт. — Я предложил хорошую цену за достойное тебя дело. Так что, нет, Шенк. Пятьдесят, и это все. Во всяком случае, пока.

— То есть, возможны варианты?

— Возможно все, — пожал плечами Герт. — Возможно ты не успеешь их даже потратить… Эти деньги, я имею в виду. Но, может быть, в конце пути я смогу предложить тебе настоящий приз. Так что, да! Ты прав, возможны варианты.

— Хорошо! — кивнул Шенк. — Я почти согласен.

«Почти? Ну, кто бы сомневался!»

— Деньги я заплачу вперед, — ответил он вслух на невысказанный Шенком вопрос. — Всю сумму. Вот доберемся до города, найдем банкирский дом Сафоев, и я тебе сразу заплачу.

— Верю…

— Что-то еще? — прищурился Герт.

На самом деле, он прекрасно знал, о чем спросит Шенк и был даже несколько удивлен, что вопрос этот все еще не прозвучал.

— Чем мы займемся? — спросил Шенк. — Чем и где?

— Легче сказать, где, — усмехнулся Герт. — Везде по эту сторону гор. А может быть, и по ту.

— Звучит заманчиво! И что это будет?

— Месть, — одним словом ответил Герт.

Разумеется, он не был уверен, что дело сведется к одной лишь мести. Но как еще он мог объяснить Шенку то, что и сам представлял себе пока лишь в самых общих чертах. Поэтому, просто месть. Почему бы, и нет?

— Месть, — повторил за ним Шенк, словно, пробуя это слово на вкус. — Что ж, дело не хуже любого другого. Но знаешь, Карл, что говорят об этом умные люди?

— Просвети, будь добр!

— Зверь мести — жестокий зверь, Карл. Так говорят у нас, в Ливо. Его порождает ненависть, и зачастую он пожирает и того, на кого его напустили, и того, кто его выпустил.

Все верно. Так оно и есть. И присказку эту Герт знал задолго до того, как Шенк появился на свете. Однако он знал и другое присловье, и оно ему нравилось куда больше.

— Зверя ненависти, Шенк, — сказал он, завершая разговор, — можно убить, только накормив его досыта!

— Ладжер большой город, — сказал ему Шенк, имея в виду не только и не столько размеры, сколько нечто другое. То, что одним словом не выскажешь, и не сразу объяснишь.