– Я ничего не… - начал было опять свою песню воришка, он резко замолчал, почувствовав, как острия спичек в его ушах начали двигаться в направлении барабанных перепонок. – Я напишу, - быстро сказал он, только спички уберите…

Потом Карпов был свидетелем угроз Авдеева напоить подозреваемых водой из чашки, в которую были насыпаны осколки стекла или металлическая стружка. Иногда Авдеев через одежду пытался гладить нагревающимся утюгом живот или спину подозреваемого. И это были самые гуманные способы получения нужных показаний от задержанных.

А ещё Авдеев люто ненавидел женщин, которые носили одежду, подчёркивающую достоинства их фигуры, и выставляющих напоказ свою грудь и ноги. Любая подозреваемая, одетая подобным образом, была обречена терпеть грубые домогательства Авдеева, которые он называл "трахом в воспитательных целях", после чего бывала великодушно прощена, если конечно, оказывалась ни в чём не виноватой.

– А какого она так одевается, - объяснял Авдеев своё поведение. – Раз показывает всем, что у неё вверху, что у неё внизу, значит, хочет, чтобы этим попользовались. Или я с закрытыми глазами по улице ходить должен?

Многие задержанные проститутки после часа, проведённого с Авдеевым, давали себе слово не только перестать заниматься древнейшей профессией, но и стать феминистками, пуританками, а то и вообще уйти в монастырь.

***

И каково же было удивление Карпова, когда он узнал, что самодур, садист и насильник Авдеев женат… Правда, узнал он об этом только в день смерти Наташи – так, оказывается, звали жену Авдеева. Наташа погибла в результате несчастного случая: она ожидала лифт и опёрлась спиной о его двери, которые неожиданно открылись. Наташа упала в шахту лифта, а через минуту её придавил подъехавший лифт. Хоронили её в закрытом гробу.

Но ещё больше Карпов удивился, когда уже на похоронах все сотрудницы отдела, считающие себя одинокими старыми девами, начали наперебой утешать Авдеева и убеждать его в том, что жизнь продолжается…

Прямо с поминок Авдеев поехал на работу в отдел, где до полуночи молча играл с Карповым в шахматы.

– Я сегодня в отделе ночевать останусь, - сказал он Карпову, складывая шахматы.

Карпов сочувственно кивнул ему и поехал домой.

***

Первое время после смерти Наташи Авдеев вёл себя, как обычно, только презрительно смотрел на суетящихся вокруг него сотрудниц отдела, желающих занять ещё тёплое вакантное место возле начальника СКМ. И ещё всё это время он жил в отделе. Вечером, недели через две после похорон жены, Авдеев вызвал Карпова.

– Отвези меня домой, - приказал он.

Карпов в то время ездил на 41-м «Москвиче», мечтая со временем купить «Победу» и переделать её в навороченный автомобиль типа авдеевского Чарлика.

– Давай, сейчас ненадолго поднимемся ко мне, - сказал Авдеев, когда они подъехали к его дому.

В своей квартире Авдеев быстро собрал все свои документы и самые необходимые вещи.

– Обменяй мне эту квартиру на другую, - приказал он Карпову. – Чтобы всё в ней было абсолютно другое: местность вокруг, этаж, количество комнат, мебель, посуда… А я пока у тебя поживу.

***

…И Авдеев переехал к Карпову, который совсем недавно сделал ремонт в уже своей собственной огромной квартире, разогнав оттуда надоевших ему за семь лет квартирантов. Теперь уже не только в обеденный перерыв, но и каждый вечер после работы Карпову приходилось играть с Авдеевым в шахматы, причём почти всегда Авдеев за время игры успевал опорожнить бутылку водки и начинал «выносить мозг» Карпову, включая почти на полную мощность магнитофон с записями психоделической музыки конца 60-х - начала 70-х годов и цитируя обширные отрывки из хипацкой литературы этого периода.

Но именно эти его пьяные застольные монологи сформировали мировоззрение Карпова. Он научился говорить метко, кратко и убедительно. А фраза Джимми Пэйджа «пока только насилие даёт ответ на все проблемы» стала его девизом по жизни.

Авдеев переехал в купленную и обставленную Карповым квартиру только через три месяца, после чего измученный его навязчивым присутствием Карпов неожиданно понял, что тоже хотел бы вести себя со всеми, как Авдеев: делать только то, что хочется, не обращать внимания на окружающих и знать, что никто ни в чём не сможет тебе отказать.