Я натянула простынь на всю голову, слушая, как ритм сердца набирает сумасшедшую скорость.

Так-так, кажется, у кого-то начала проясняться память.

Джейн рыкнула. Секунда — и мое лицо ничего не прячет — она сорвала накидку и осуждающе посмотрела на меня. Несколько орехово-каштановых прядей легли на лоб, выбившись из легкой косы.

— Дэйзи! Не веди себя, как ребенок!

— Но я и есть ребенок, — оправдывалась я, по-детски насупившись.

Будто это поможет избежать проблем.

Меня заподозрили в весьма «необычном» поведении, о чем вообще речь?

— Тебе скоро стукнет восемнадцать!

— Но мне пока семнадцать! — уточнила я и вновь накинула простынь на лицо. Голова адски ныла, когда делала ею какие-либо движения.

— Ты должна уже научиться отвечать за свои поступки! — она скинула с меня простынку. Полностью. Я осталась лежать без нее.

Какие мы дерзкие.

— Что ты хочешь от меня услышать?

Джейн удивилась моему сдержанному голосу.

— Желательно, причину, почему ты не послушалась меня и убежала на праздник. — Она всплеснула руками и опять взялась за свое, отчего я только закатила глаза и стала искать что-нибудь другое, под чем можно спрятаться. — О чем ты думала, Дэйзи Вейсон!? Ты пошла туда с травмой и в итоге сделала ее значительно больше! Где были твои мозги?

Я уверена, что их вышибло после первого падения в столовой…

Я пожала плечами.

— Окей, я признаю свою вину. Довольна? Теперь покарай меня, что я, такая плохая, решила сходить на первую вечеринку в своей жизни и почувствовать себя обычным подростком.

Джейн будто дали пощечину. Когда она опустила голову, я предположила, что сболтнула лишнего. Тетя являлась единственным человеком, которому было не наплевать на меня. Наверняка ей было не очень приятно слышать эти слова. Пусть с ней я живу немного, но уже должна была почувствовать себя нормальной. В ее обществе. В ее доме.

Джейн сочувственно посмотрела на меня и сжала мою ладонь. Я застыла. Неожиданный жест. Обычно после подобного она психует и уходит куда-нибудь. А тут…

— Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности, Дэйзи.

***

Когда Джейн вдоволь наговорилась со мной и показала все подарки, принесенные моими подругами, то ушла, сказав, что будет звонить. Я не могла найти себе места, раздумывая, какую же версию о моем прибытии сюда знают Тара и Стэйси. После того, как доктор поговорил со мной и проверил состояние моей головы, ушибленной неизвестно чем и сколько дней назад, я принялась углубляться в свои мысли, с трудом вспоминая, что было со мной на… самом деле. Я почему-то знала, что версия с потерей сознания на Хэллоуине в школе — ложь. Тут крылось нечто другое, что я пока не способна была вспомнить.

Несколько раз пожалев о не случившемся допросе с Джейн или доктором Митчелл о себе, я зарылась в простыне, наблюдая за работой капельницы. Надеюсь, мое пребывание здесь обойдется без странностей и прежних приключений, вроде тех, что случались в клинике для душевнобольных.

Веки налились свинцом. Я зевнула, аккуратно расположила голову на подушке, а затем закрыла глаза. Сон потихоньку сгребал меня в свои приятные объятия до тех пор, пока дверь в палату не отворилась, и тяжелые шаги не разбудили меня. Продрав глаза, которые были затуманены мутной пленкой, я разглядела три вытянутые фигуры, направляющиеся ко мне. Они казались размытыми и слишком высокими. Приподнявшись на локтях, я заморгала и стала щуриться. Фокус постепенно настраивался.

— Э… Джейн? Девочки?..

Хотелось бы, чтобы это была она с моими подругами. Мужские фигуры, которые стали по бокам от моей койки, ясно дали понять, что не являются теми, за кого их приняла. Сердце со скоростью американских горок угодило в пятки от взорвавшегося ощущения тревоги, оравшего: «Беги!». Я открыла рот, чтобы закричать и нырнула вбок, решив не подниматься с койки нормальным человеческим способом. Огромная ладошка не дала вылететь дикому воплю, и кто-то подхватил меня в воздухе, ухмыляясь. Ничуть не удивляясь ловкости Ворона, я завертелась в его руках, как рыба, пойманная в тугие сети.

— Куда собралась, детка? — Ворон улыбнулся, прижимая меня к себе.

Я запустила зубы в его кожу, но та оказалась слишком толстой, чтобы я смогла вонзить их. Десны заболели. У него что, титановая плоть? Я застонала, проводя языком по зубам — вроде бы все на месте. Парень оживленно глянул на своих чокнутых друзей.

— Чуваки, а она облизывает меня! Я же говорил, что я сладенький.

Размечтался. Кто их сюда впустил? И ОТКУДА ОНИ ВЗЯЛИСЬ ЗДЕСЬ?

Самюэль закатил глаза.

— Держу пари, она просто хотела лишить тебя пальца.

— Или целой руки, — парировал Кэм, зачем-то проверяя кровать на прочность. У меня возникли не совсем светлые мысли. И да, я не настолько кровожадна, чтобы откусывать кому-то руку!

Я дернулась — и это послужило неудачей выбраться из плена сильных мускулистых рук.

Самюэль ухмыльнулся, указав Кэму на дверь.

— Стой на шухере. — Дождавшись выполнения указания, он повернулся к Ворону, заговорчески улыбаясь. — Как думаешь, те штучки, что мы купили в секс-шопе, пригодятся сейчас?