Андрей, едва удержавшись, чтобы не сглотнуть, причем отнюдь не от жажды, пробормотал:

— Э-э-э… спасибо, Эстилен!

— Не за что, лидер, — спокойно отозвалась она и все так же величественно и грациозно вернулась в свое кресло. Андрей поспешно отхлебнул, скорее скрываясь за кружкой от остальных, чем действительно наслаждаясь напитком, который, к его удивлению, вышел весьма недурным… А потом шумно выдохнул и откинулся на спинку. Вот ведь бывают же такие… И ведь не видно же ничего — эта простыня ее в три оборота обернула. Одни только руки и ноги из материи торчат. И плечи… Но когда двигается — того и гляди как подросток опозоришься. В простыню. И ладно бы он один…

— Ладно, давайте вот о чем подумаем, — начал Андрей, сделав еще один глоток. — Сейчас пока, конечно, мы никуда еще не собираемся, но надо уже прикидывать, куда нам двигать на следующий выход. Есть у кого какие предложения?

— А чего тут думать? — удивился Бабурака, тоже с трудом оторвавший взгляд от кларианки. И ведь совсем не в его вкусе девочка, он любит дамочек в теле, чтобы как взял за задницу… кхм… короче, так сказать, чутка покрупнее, а вот поди ж ты — тоже пялился, едва слюни не пускал…

— Я предлагаю снова сходить на краграмнола. Как его взять — мы теперь знаем, разделочные ножи получше тоже прикупили, так что в этот раз мы с него…

— Нет, только не восьмой горизонт, — тут же встрял Петрель. — И так в прошлый раз едва выбрались. Да если бы тот краграмнол большинство других тварей не распугал, нам бы его и разделать не удалось. Там бы и легли. Сами помните, кто на тушу заявился, когда мы уже на каршем отошли! Рано нам еще на восьмой.

— И ничего не рано…

Андрей сидел молча, спокойно выслушивая высказываемые предложении и, так сказать, фильтруя их по степени воплотимости. Потому что уже второй, так сказать «чудесный», рейд его команды, в котором они не только завалили просто невообразимую для их текущего уровня добычу, но и еще сумели забрать с нее наиболее ценные ингредиенты до того момента, как к туше потянулись достаточно опасные твари, промышляющие падалью, после чего еще и добрались со всем этим добром до Валкера, — привел большую часть команды в состояние сродни эйфории. А ведь они рисковали, причем очень сильно, на каждом из этих этапов. Сейчас, после рейда, Андрей понимал это очень хорошо… Не говоря уж о том, что обе заваленные твари были несравнимого с ними уровня, команда могла вляпаться еще несколько раз. Например, они могли столкнуться с появившимися на месте боя падальщиками. А падальщики восьмого горизонта — это по силе, считай, боссы пятого. Боссы же пятого вполне себе регулярно прореживают куда более опытные команды, базирующиеся на Балкере. Так что ладно еще — «черный вдовец», там все сложилось просто необычайно удачно поскольку Гравенк с остатками своей команды утянул его за собой практически под стены Балкера, а сама тварь, двигаясь за добычей, одним своим присутствием далеко разогнала тварюшек поменьше, но с краграмнолом все получилось как-то очень уж необоснованно удачно. Ну, сами посудите — ни одного серьезного нападения как по дороге туда, так и — обратно. Как это? Нет, кое-какие предположения у Андрея были. Например, он не исключал, что дело как раз в их собственной… жадности. То есть в том, что они «нарубили» с краграмнола куда больше того, что снимают другие команды. И потому от взятых ими останков твари так фонило мощной хасса, что все остальные твари просто предпочли держаться подальше. Но это все равно не объясняло ситуации с падальщиками. Они же как-то могут различать, живы твари или уже перешли в состояние туши. Почему же даже они не появились?

Спорили долго. Не меньше полуниса, пожалуй. Причем чем дальше, тем горячее. К удивлению Андрея, кларианка в споре никакого участия не принимала. Просто сидела молча и переводила взгляд своих огромных фиолетовых глаз с одного горячащегося бродника на другого. И, похоже, это только подливало масла в огонь споров. Во всяком случае, то, что Тушем едва не схватился врукопашную с Бабуракой, землянин был склонен отнести именно на присутствие Эстилен. Ну, есть у мужиков такое свойство — распушивать перед дамами петушиные перья.

— А ну закончили! — взревел он, когда оба разошедшихся спорщика уже вцепились друг другу в глотки, опрокинув стол. — Сели, быстро!

Два бугая нехотя расцепились и, как будто не бросались только что друг на друга, пылая гневом, вместе, сноровисто, подняли и поставили сначала стол, потом лавки, а затем вернули на место и посуду, которая раскатилась по всему полу после того, как стол был опрокинут. Впрочем, в данном этапе наведения порядка принимали участие все. В том числе и кларианка, на крепкую задницу которой, рельефно проступающую сквозь простыню, когда она нагибалась, пялились все остальные без исключения. То есть абсолютно все, в том числе и сам Андрей…

— Значит, так, — коротко начал он, когда последствия излишне бурного проявления эмоций были вчерне ликвидированы, — ни на какой восьмой горизонт мы не пойдем. Один раз повезло — нечего второй раз удачу дразнить. И вообще, я считаю, что после того, как снимут запрет на выход из Поселения, нужно будет хорошенько пробежаться по нашему горизонту. Здесь тоже есть вполне себе вкусные места и богатая добыча. Не столь богатая, как на восьмом горизонте, но намного более безопасная. И нам ее вполне хватит, чтобы покрывать текущие расходы на рейды и тренировки…

Бродники несколько разочаровано загудели. Но Андрей продолжил, слегка повысив голос:

— Да! Все всё правильно расслышали — тренировки. Потому что основной задачей нашей команды на ближайший блой я вижу необходимость повысить уровень владения хасса и оружием всех ее членов. Поэтому мы с вами в течение этого блоя переходим на жесткий распорядок. Сначала рейд, затем максимум ски-двое после возвращения на то, чтобы продать добычу, сдать в ремонт оружие и снаряжение, отдохнуть, оттянуться, и после этого все остальное время нахождения в поселении — усиленные тренировки.

— Так Пангрима же нет… — буркнул кто-то.

— Ничего, найдем тренеров, — жестко оборвал возможные возражения Андрей. — Я найду. И сам кое-кого тоже потренирую.

— Ну-у, мне это не светит… — делано разочарованно протянул Бабурака. Народ грохнул, вследствие чего землянин, поначалу собиравшийся резко осадить шутника, тоже не выдержал и усмехнулся.

— Ну почему? Время от времени можно и тебя… — примирительно протянул он, когда хохот утих.

Бабурака тут же скорчил уморительно-испуганную рожу и тонко запричитал: