Что землянин успел понять за время нахождения в Коме, так это то, что все сопли интеллигенции и либералов насчет того, что лидер просто обязан «уметь признавать свои ошибки», — это именно сопли и есть. То есть сам факт того, что лидер должен уметь видеть свои ошибки и уметь их не повторять, у него никакого отторжения и даже сомнения не вызывал. Но вот то, как они хотели это видеть… Лидер. Не. Должен. Публично. Признавать. Свои. Ошибки. Никогда! Если ты оказался не прав — дергайся и мучайся сам. Думай, как потихоньку, публично не отказываясь ни от одного из ранее принятых и озвученных решений, развернуть ситуацию таким образом, чтобы устранить последствия твоих ошибок и повернуть ситуацию в свою пользу. Только так. Ибо все должны быть уверены, что лидер НИКОГДА не ошибается. Иначе получится что-то подобное тому, что творится на Земле: одних избирают, они вещают, мутят, потом каются и, в лучшем случае, публично уходят в отставку, «как это принято в истинно демократическом обществе, полностью принимая на себя ответственность за произошедшее», а другие — те, кто реально управлял и принимал решения, — остаются полностью безнаказанными.

— …это — мое решение. Мое, как лидера команды. И ты уж реши для себя: либо я лидер ТВОЕЙ команды, либо — нет. В таком случае я готов немедленно вернуть тебе твою вассальную клятву. Понятно?

Старик несколько мгновений сидел, сверля его яростным взглядом, а затем отвел глаза и вздохнул

— Понятно, лидер.

Они еще некоторое время помолчали, а затем Андрей заговорил примирительным тоном:

— Я вот чего хотел у тебя узнать, старина: что это такое было, после чего мне Гравенк подсунул те капсулы, а? И как ты смог так точно вычислить, что это со мной начнет твориться именно в этом рейде?

— Да ничего я не вычислял, — махнул рукой растеец, принимая примирительный тон землянина и отвечая таким же, — я мог надеяться, что это с тобой произойдет. В этом ли рейде или в следующем. Ты уже был на грани того, чтобы достичь «эсаумма», но быть на грани и достичь — это две очень большие разницы.

— Поня-ятно, — протянул землянин. — В таком случае, Огром, не мог бы ты мне объяснить что за хрень этот твой «эсаумма»…

Что это?! — Эстилен испуганно вскинулась на кровати и уставилась на землянина, спешно влезающего в свой не очень удачно отремонтированный комбез. Он практически лишился способностей к мимикрии, и поэтому грубо сделанные заплатки смотрелись на нем довольно аляповато. Да и прочность их даже и близко не подходила к прочности материала комбеза.

— Не знаю, — буркнул Андрей, столь же торопливо натягивая не менее потрепанные ботинки и Досадливо морщась, когда ревущие за окном баззеры общей тревоги брали слишком высокую ноту.

Ни комбез, ни ботинки он пока не поменял потому, что мастер, который должен был работать с кожей краграмнола, уже прибыл в Валкер. К счастью, до поселения он добрался уже после того как они вернулись из рейда. К счастью, потому что если бы он прибыл хотя бы на пару ски раньше то вполне мог уже отбыть обратно. Уж больно все в Валкере были уверены, что команда «Кузьмич» упокоилась где-то на просторах Кома… Так что мастер застал заказчика, снял мерки, обсудил, какой набор дополнительных функций заказчик хотел бы иметь, с каким снаряжением и вооружением предпочитает работать и… приступил к работе. Здесь же, в Валкере. Потому что оказался старым знакомцем Огрома, с которым они уже когда-то даже вместе работали. Ну, недаром среди талантов растейца значилась и работа с кожей…

Вот землянин и решил пока не менять свои потрепанные комбез, ботинки и даже шлем, а подождать, когда все заказанное будет сделано, и уж потом подобрать себе все под новый комбез. Тем более что и с деньгами пока все было не очень хорошо. Оборудование для лаборатории еще только двигалось со складов на поверхности Кома в сторону пятого горизонта, а всю остальную добычу они скинули еще в Тарманге, поселении на шестом горизонте, до которого с трудом добрались через пять ски после того, как двинулись в путь, покинув благословенную скалу. И там же, в Тарманге, потратили большую часть выручки, а остатки добили уже здесь, оплатив лечение и раздав жалкие гроши на руки, чтобы людям было хотя бы на что купить пожрать… Так что ни денег, ни добычи на продажу у команды пока что не было. Ну, если придерживаться старого плана насчет продаж именно вытяжки и концентрата, а не просто ягод. Но на продаже ягод, как сырья, они должны были потерять почти тридцать процентов возможной выручки, а на таких суммах это было больно… Вот Андрей и решил, что, пока будет возможно, он постарается придерживаться разработанных планов. Тем более что сейчас ничего особенно не горело — все равно в ближайшие три-четыре сауса они в рейд не пойдут. Шестерых самых тяжелых только из капсул должны были выпустить не ранее чем еще через шесть ски, да и всех остальных также не мешало бы туда заткнуть хотя бы на ски-двое. Токсины из организма вывести, последствия перенапряжения убрать, печень, почки, лимфу почистить, ну и так далее. Все-таки рейд оказался бешено трудным.

Кроме того, в рейде народ насмотрелся на его «танцы» с клинками, а также на своей шкуре почувствовал, что боеприпас реально может кончиться в самый неподходящий момент. В результате у всех бродников из команды «Кузьмич» прорезалась просто бешеная мотивация на обучение фехтованию. Упустить или, там, как-то «замылить» подобный порыв было не просто грешно, а прямо даже преступно.

Но и это было еще не все. Четверо из команды категорически заявили, что дозрели до того, чтобы сделать себе третий узор, а еще трое из числа «чистокожих» насели на Андрея с требованием найти им тренера для скорейшего освоения четвертого уровня владения хасса. Поскольку, как выяснилось мастерство в том нескончаемом, затянувшемся на многие ски бою выросло не только у него.

Ну и тем более не могло быть и речи ни о каком новом рейде до того момента, пока у людей не появится новое вооружение и снаряжение. Неудивительно, что сейчас народ из числа тех, кто не валялся по медкапсулам, активно рыскал по сети, облизываясь на давно присмотренные «пределы мечтаний», а так же выискивая новинки и пытаясь соотнести все это с теми возможностями, какими они должны будут обладать после собственного апгрейда и… блоя-другого тренировок. И, постепенно, скидывал заявки Абажею Куту, который принимал их с огромным удовольствием: заказы были охрененно жирные, а в будущей платежеспособности бродников из команды «Кузьмич» у него-то никаких сомнений не было. Все-таки торговец пока являлся единственным посторонним, который был в курсе того, какую добычу команда «Кузьмич» реально приволокла из последнего рейда. Все остальные пока считали, что их последний выход привел команду к полному финансовому краху…

— Я с тобой, — категорично заявила кларианка, скидывая с кровати свои обалденно длинные и стройные ноги и протягивая тонкую, но сильную руку к аккуратно сложенному на стуле ни нему белью. Андрей перехватил руку и, разверну Эстилен к себе, впился губами в ее полуоткрытый рот. Кларианка сначала замерла, потом вздрогнула, причем так, что он почувствовал, как ее торчащие, напряженные соски ударили его в грудь даже через ткань комбеза, и еле слышно застонала.

— Ты оденешься, вооружишься и останешься здесь, девочка моя, — негромко, но непреклонно произнес Андрей. — Если ты будешь рядом, я буду думать только о том, как бы не потерять тебя. И потому вполне могу совершить ошибку, которая приведет к тому, что погибнут другие. Ты же этого не хочешь?