– Легион! Слушай мою команду!

Секундная пауза. Преторианцы собрались, подтянулись.

– На текущие… учебно-тренировочные занятия и работы разойтись!

Ну вот и всё. Ни к чему толкать длинные речи, тем более на улице очень даже неслабый февральский мороз. Уверенный в себе человек говорит мало и по существу.

Нарт, не дожидаясь, пока Легион разойдётся, спустился с трибуны. За спиной зазвучали команды центурионов. Плац быстро опустел. Только группа новобранцев, подобрав копья и щиты, продолжила строевую подготовку. Перед входом в штаб Нарт бросил взгляд через плечо, у молодых преторианцев получается пока не важно.

– Дежурный, - позвал Нарт, едва войдя в штаб.

– Какие будут приказания, витус, - тут же подскочил утус Милип, дежурный центурион.

– Центурионов Первой манипулы утуса Шомса и Двадцать восьмой утуса Окрена ко мне. Вам приказываю взять двух преторианцев из моего личного охранения и вместе с ними прибыть в мой кабинет. Выполняйте.

– Слушаюсь! – козырнув, утус Милип убежал исполнять приказания.

Нарт поднялся в кабинет. Только теперь, став Легатом, можно по достоинству оценить мудрое решение Великого Сахема набирать в Легион Преторианцев исключительно простолюдинов. В уставе прописан прямой запрет на допуск в личную армию правителя благородных, даже если у них ничего, кроме родовитых предков, нет. Если бы манипулами командовали надменные отпрыски благородных родов, как это принято в прочих штатных легионах, то одной красной накидки и золотого значка на шее было бы явно недостаточно. Простолюдины от рождения привыкли повиноваться властям, но, к сожалению, не все. Вероятность бунта нужно вырвать с корнем.

Закинув шапку и накидку обратно на вешалку, Нарт присел за стол. Сумка с документами из Тивницы по-прежнему лежит на полу, прислонившись выпуклым боком к ножке. Нарт выдвинул несколько ящик. Какие-то бумаги, исписанные хорошо знакомым подчерком витуса Окрена или красивой каллиграфией штабных писцов. Нужно будет разгрести кипы документов. Что-то оставить, что-то отправить в архив, ну а что-то, от греха подальше, бросить в огонь. Но не сейчас. Раздался стук в дверь.

– Войдите! – Нарт быстро задвинул ящики обратно.

– Витус Нарт, - в кабинет вошёл Медан, - центурион Двадцать восьмой манипулы Окрен по вашему приказанию прибыл.

Возвращение в Легион, в привычную обстановку, где он в первую очередь центурион, а не убитый горем родственник, подействовало на Медана самым лучшим образом. С лица старшего сына исчезло унылое выражение. Сейчас в кабинете стоит воин, центурион манипулы, отец-командир ста сорока четырёх профессиональных воинов.

– Вольно, - скомандовал Нарт. – Проходите и, пока, подождите возле шкафа.

– Слушаюсь.

В кабинет, почти следом за Меданом, постучался дежурный по Легиону.

– Витус, ваше приказание выполнено.

– Вольно, центурион. Где утус Шомс?

– За ним отправлен посыльный с приказом немедленно прибыть к вам.

– Ладно, подождём, - ответил Нарт.

Дежурный по Легиону с двумя преторианцами присоединился к Медану. Воины, ожидая центуриона Первой манипулы, обмениваются вопросительными взглядами. Но вряд ли они догадываются о том, какое представление вот-вот развернётся на их глазах.

Наконец в третий раз раздался стук в дверь.

– Витус Нарт, ваше приказание выполнено, - едва переступив порог произнёс утус Шомс, центурион Первой манипулы.

Старый воин ответил по уставу, но не совсем точно. А вот энтузиазма в голосе утуса Шомса нет совсем. Нарт, смерив центуриона взглядом, ответил:

– Вольно.

Амзул Шомс, сын Илоу – полное имя центуриона. Здоровый мужик, крепко сложенный, накаченные запястья выпирают из-под рукавов. Черты лица крупные, массивная челюсть, кривой нос сломан ещё в юности. Из-под медного шлема выбиваются пряди седых волос. Утус Шомс одет в повседневную форму преторианца без какой-либо брони, но на боку висит внушительный бронзовый меч.

Центурион Первой манипулы ровесник витуса Окрена. Говорят, в детстве вместе собак по улицам Чёрного города гоняли. Нарт невольно напрягся. Отношения между ними не сложились ещё когда Нарта назначили центурионом Разведывательной манипулы. Да и с чего старому воину любит нового Легата? Нарт дважды обошёл его на повороте. Первый раз, когда витус Окрен назначил его Первым заместителем, и во второй, когда Нарт одел красную накидку витуса Окрена и повесил на шею золотой значок Легата.

– Утус Шомс, - намеренно спокойным тоном заговорил Нарт, – принимая дела витуса Окрена, я нашёл многочисленные финансовые нарушения, связанные с бюджетом Легиона. Конечно, со многим ещё предстоит разобраться. Но! В числе прочего я нашёл донесение от управителя Тукота о вашем недостойном поведении офицера Легиона в одном из городских кабаков. Причинённый ущерб вы полностью возместили. Однако возникает вопрос – из каких источников? На основании вышеизложенного я отстраняю вас от командования Первой манипулой с последующим заключением под стражу. Для дальнейшего разбирательства вы будете отправлены в городскую тюрьму Тивницы. А сейчас, - Нарт пристально глянул на утуса Шомса, - сдайте оружие.

Нарт, выйдя из-за стола, подошёл к утус Шомсу.

Правая рука утуса Шомса медленно потянулась к рукоятке меча. Щёки центуриона густо покраснели, глаза вытянулись в узкие щёлки. Утус Шомс часто и глубоко задышал. Старый воин с трудом сдерживает рвущуюся наружу ярость.

– Сдайте оружие, - настойчиво повторил Нарт.

Пальцы утуса Шомса коснулись рукоятки меча. Но, вместо того, чтобы отцепить ножны от пояса, центурион нервно выдернул меч.

– Сволочь! Гад! Молокосос! Убью!!!