Если витус Саян приказал оставить тяжёлое вооружение и взять только лёгкое, значит будет что-то быстрое и рассыпное. Длинное копьё и большой квадратный щит остались в Четвёртой южной башне, где расположилась часть Первой пехотной манипулы. Небольшой круглый щит закреплён на спине, грудь пересекает широкая лямка. Если всё пойдёт как надо, щит вообще не понадобится. В предстоящей вылазке самым главным оружием будет лук. Тяжёлый колчан под завязку набит длинными стрелами.

Рапс широко зевнул и потёр кулаками глаза. Отдохнуть как следует так и не довелось. Сразу же после утренней победы над охотника пришлось больше четырех часов проторчать на вершине башни. Пусть караул продлился в два раза больше обычного, зато миновало сомнительное удовольствие готовить крепость к долговременной осаде. Остальным повезло меньше.

Кому не посчастливилось попасть в караул, пришлось все эти четыре с лишним часа помогать родным и близким перебираться на вершину Утёса. А это, нужно заметить, ещё та работёнка. Затащить один тяжёлых тюк с пожитками, или мешок с припасами на сто двадцатиметровую высоту - отличное наказание за самоволку: назидательно, тяжело и помнится очень долго.

Для вылазки со всех манипул специально собрали ровно сотню самых молодых воинов. Главным будет не умение держать строй и стоят насмерть, а быстрый бег. Налёт сродни воровству: тихо пробрался, тихо пошуршал в чужом доме, а, когда хозяева проснулись, быстро унёс ноги. Кто зазевается, получит топором по шее. Как не сложно догадаться, командовать вылазкой назначен утус Гоин, самый молодой и быстроногий из всех центурионов. Первая манипула прикроет сборный отряд возле ворот.

В тишине по-особому пронзительно зашуршали открываемые ворота. Рапс крепче сжал лук. Левая рука сама собой легла на колчан со стрелами. Кажется, будто на вселенский грохот сбегутся все без исключения охотники. Но первое впечатление обманчиво. В ночной тишине, когда нервы натянуты до предела, любой звук подобен раскату грома.

Тихой волной дошёл приказ выходить. Рапс, придерживая лук, двинулся вслед за товарищами. Привычные к строю ноги сами втягиваются в единый ритм.

Недаром в Тивнице всех мальчиков с двенадцати до семнадцати лет обучают воинскому искусству. Утус Лерл с помощью матюгов и костыля много чему научил. Рапс может воевать и как тяжёлый пехотинец в плотном строю манипулы, и как велит с топором и лёгким щитом в рассыпном. За пять лет Рапс научился свободно владеть копьём, топором, пращей и луком. Вот почему охотники, даже обладая огромным численным перевесом, так и не сумели разгромить маленькую армию Тивницы.

Тактика является важной частью длительного обучения. Ещё подростком Рапсу много раз приходилось отрабатывать ночную вылазку из крепости. Пусть сейчас над полем весит предрассветный мрак, но и так ясно, что происходит.

Первой сквозь раскрытые ворота вышла Первая манипула. Воины стали широким полукругом на случай внезапного нападения. Наблюдатели на башнях целый день следили за охотниками, но ничего подозрительного так и не наследили. А сейчас темно, толком не видно ничего. Вдруг противник залёг возле ворот и только ждёт возможности ворваться в крепость? Как раз на этот случай Первая манипула встала возле ворот несокрушимым строем.

Вместе с остальными Рапс прошёл под Западной башней. В тусклом свете прекрасной Итаги можно хорошо различить стоящих плотным строем воинов. Чуть дальше несколько человек складывают большие кучи дров. Сквозь неширокий проход сборный отряд ушёл в темноту.

Впереди и на флангах движется несколько пар боевого охранения. Их основная задача обеспечить тихий подход главных сил. Вдруг противник всё же выставил несколько полевых караулов? Может быть как раз в этот самый момент какой-нибудь охотник лежит в тёмной траве и тревожно вглядывается в тёмный силуэт крепости. Будет не до смеха, если кто-нибудь из воинов наступит на руку вражеского часового.

Далеко впереди, правее блестящей полосы великой реки, щедрой рукой рассыпаны многочисленные огни костров. Охотники отдыхают, но часовые возле очагов берегут сон сородичей. Маленькие палатки с покатыми крышами кривыми овалами окружают источники света и тепла. Кажется, будто сама земля собралась в низкие короткие складки.

Сборный отряд широким веером развернулся по тёмному полю. Чем больше людей собрано в кучу, тем больше они производят шума. Воины отдельными десятками залегли в скошенной траве. Дальше только ползком.

Первый этап ночной вылазки, подобраться как можно ближе к противнику и остаться незамеченным, выполнен. Рапс присел на одно колено. Сейчас десяток преторианцев тихой сапой подбирается к бодрствующим возле костров часовым. С расстояния нескольких сот метров невозможно разглядеть, что творится возле яркой россыпи огней.

По цепочке пришёл новый приказ: двигаться дальше ещё тише и ещё незаметней. Рапс вместе со своим десятком лёг на землю. Последнюю сотню метров придётся одолеть по-пластунски.

Рапс старательно перебирает руками и ногами. Тяжёлый колчан елозит по земле. От примятой травы исходит приятная влажная свежесть.

До ближайших палаток осталось жалких пятьдесят метров. Рапс ничком распластался на земле. Возле ближайших костров часовых не видно. Не иначе преторианцы поработали. Сколько беспечных жизней оборвалось под холодными лезвиями медный ножей ведает один Великий Создатель.

Костры яркими пятнами слепят глаза. Стоит отвести взгляд в сторону, как тут же будто тонешь в непроглядной темноте. Только спустя пару минут можно вновь разглядеть силуэты островерхих палаток. Лучше не смотреть на огонь.