Я оказываюсь права, когда предполагаю, что нас казнят. Судья озвучивает решение, стучит молотком, и зал оживляется. Журналисты подпрыгивают на своих местах, вопросы сыпятся градом, щелчки, вспышки фотокамер. Я начинаю паниковать из-за повышенного внимания, мечтая лишь о том, чтобы меня оставили в покое. Прикрываю лицо волосами и сутулюсь, только бы стать менее заметной. Мятежники толкаются, когда проходят мимо, что меня совсем не удивляет.

Джеминг подходит ко мне, несмотря на то, что прежде полностью игнорировал мое присутствие. Валерия маячит за его спиной.

– Ты пыталась спрятать Дмитрия от нас, - подает голос мужчина, - и тем самым вырыла себе яму. Прежде чем собираешься кому-то мстить, подумай о том, готова ли ты отказаться от всего, что любишь.

Я читаю смирение в его взгляде, он принял тот факт, что я подвела Мятежников, несмотря на наш уговор. Джеминг опускает голову и проходит вслед за остальными, Валерия не упускает шанса высказаться:

– Они не поймали Никиту, если бы ему не удалось улизнуть, клянусь, я бы сделала все, чтобы ты умерла задолго до смертной казни, - девушка выплевывает слова с желчью.

В глубине души я рада, что Мятежнику посчастливилось скрыться, возможно, через лет десять, он отомстит Безлицым, которые сейчас купаются в славе за счет повстанческого движения и их стараний. Надеюсь, к тому времени Дмитрий не будет состоять в Совете, я бы не хотела, чтобы его это коснулось. Он говорил, что совершал ужасные деяния и насколько тяжело ему примириться с тем, что сделал. Чувство вины по сей день преследует Дмитрия, где бы он ни был. Я полюбила его, возможно, поэтому оправдываю, хотя знаю, что все присутствующие в зале суда достойны самого сурового наказания.

Марго сопровождает меня на обратном пути. Одно ее присутствие для меня пытка. Девушка не произносит ни слова, но это совсем необязательно, мне мерещится, будто я слышу, как бешено колотится ее сердце, - тук-тук-тук-тук-тук, - а по телу разливается тепло из-за внутреннего фейерверка.

Я успела немного узнать Марго за то время, что мы были по одну сторону баррикад, по словам Алекса он испытывал к ней сильные чувства, но никогда даже не отрицал тот факт, что она бездушная. Она становится счастливее, зная, что другим людям плохо.

Этой ночью я не могу уснуть, думаю лишь о том, какую ошибку совершила. Мне стоило быть внимательнее, я позволила себе отвлечься на Дмитрия и пока разрывалась между ним и местью, Марго следила за каждым моим шагом. Я вспоминаю прошлую казнь Мятежников и понимаю, почему никто из них не пытался сопротивляться. Они примирились с тем, что их ждет, и, кажется, я тоже. Мне следует понести наказание за свой проступок, и речь идет не о предательстве Совета и связях с Мятежниками, я говорю о моем муже.

Обманув его, я причинила нам обоим столько боли, что готова отсчитывать часы до казни, лишь бы найти утешение в собственной смерти. Я снимаю кольцо с безымянного пальца и подношу его ближе, чтобы рассмотреть.

– Я не помешаю?
– раздается голос по другую сторону решетки, от неожиданности я подпрыгиваю на месте.

Чувствую себя зверем, загнанным в клетку, отчасти, это правда. Я испытываю что-то среднее между желанием броситься к нему и кинуться под поезд, именно это люди называют любовью.

Не нахожу ничего умнее, чем промолчать. Мне хочется подойти к нему и рассказать всю правду, что не хотела сделать ему больно, каждое прикосновение или поцелуй случились лишь потому, что я желала этого, а не по приказу Мятежников. Зная, что мое признание заставит его ненавидеть меня еще больше, я остаюсь на месте, давая событиям идти своим чередом.

– Почему ты позволила мне уйти с тобой?
– Дмитрий не ждет, пока я начну говорить, поэтому сразу же спрашивает то, что его интересует больше всего.

Я смотрю ему в глаза, не видя того к чему пристрастилась. Больше нет мужчины, от чувств к которому меня разрывает на части, своим предательством я растоптала его. Дмитрий никогда не был примером для подражания, идеальным, каким, однажды, предо мной предстал Алекс. У него есть проблемы, он способен принимать неверные решения, делать ошибки, а потом чувствовать себя виноватым. Думаю, в последние дни только и занимался самоанализом, не понимая, как ему удалось влюбиться в девушку вроде меня, каким образом я смогла сыграть похоронный марш с его чувствами. Может, он и заслужил быть обманутым за те ужасные поступки, что когда-то совершил, но не от меня. Я не являюсь тем человеком, кто имеет право судить и наказывать его.