Шрифт:
– И что вы с ними делали?
– Стирали воспоминания о том, что они обнаружили. Впрочем, обычно это плохо кончалось. Нельзя отобрать у человека смысл жизни и ждать, что он переживет это, особенно если он был уже близок к ответам. Подозреваю, что кому-то из отверженных удалось кое-что вспомнить…
– И он уничтожил Синклит.
– Похоже, так. Но он должен был знать о Синклите и его задачах. Я склоняюсь к мысли, что это Рэндольф Яффе.
– Мне сложно думать о нем как о Рэндольфе Яффе, — сказала Тесла, — Мне вообще сложно думать о нем как о человеке.
– Поверь мне, он человек. И он — моя самая большая ошибка. Я слишком многое ему рассказал.
– Больше, чем мне?
– Сейчас положение безвыходное, — сказал Киссун. — Если я не расскажу тебе и ты мне не поможешь, мы проиграем. Но Яффе… с ним я сглупил. Я хотел, чтобы кто-то помог мне в моем уединении, и ошибся в выборе. Были бы живы остальные, они бы пришли и не дали мне совершить подобную глупость. Они заметили бы в нем изъян. Я не заметил. Я был рад, что он нашел меня. Думал, что он разделит со мной тяжесть ответственности за Субстанцию. То, что я сделал, теперь тяготит меня больше всего. Я создал силу, получившую доступ к Субстанции, не пройдя духовного очищения.
– У него есть армия.
– Я знаю.
– Откуда она взялась?
– Оттуда, откуда берется все. Из сознания.
– Все?
– Лишний вопрос.
– Ничего не могу с собой поделать.
– Да, все. Мир и его обитатели, создание и уничтожение, боги, вши и каракатицы. Все рождается в сознании.
– Не могу поверить.
– А зачем, по-твоему, я тут сижу?
– Сознание не может сотворить все.
– Я не говорил про человеческое сознание.
– А-а.
– Если бы ты лучше слушала, не задавала бы лишних вопросов.
– Но ты же хочешь, чтобы я поняла? Иначе зачем тратишь время?
– Времени здесь нет. Да., да Я хочу, чтобы ты поняла. Жертвуя чем-то, ты должна понимать, зачем твоя жертва.
– Какая жертва?
– Я же говорю: я не могу выйти отсюда в своем теле. Меня найдут и убьют, как остальных.
Она поежилась, несмотря на жару.
– Кажется, я не совсем понимаю, — сказала она.
– Нет, понимаешь.
– Ты хочешь, чтобы я каким-то образом вынесла тебя отсюда Вынесла твои мысли?
– Почти угадала.
– Чем я могу помочь? Хочешь, стану твоей помощницей? Прежде у меня это неплохо получалось.
– Уверен, что так.
– Тогда объясни, что мне сделать. Киссун покачал головой.
– Ты слишком многого не знаешь, — сказал он. — Вся картина настолько огромна, что я не буду и пытаться тебе ее показывать. Сомневаюсь, что твое воображение сможет с этим справиться.
– А ты попробуй.
– Ты уверена?
– Уверена.
– Ну ладно. Дело вовсе не в Яффе. Он может войти в Субстанцию, но с ней ничего не случится.
– Так в чем же дело? Ты мне столько наплел о жертве. Ради чего? Если Субстанция может прекрасно позаботиться о себе сама!
– Почему бы тебе просто не поверить мне?
Она взглянула на него в упор. Огонь почти погас, но в ее глазах плясали янтарные огоньки. Часть ее очень хотела поверить. Но жизнь учила тому, что это опасно. Мужчины, агенты, руководители студий — все они просили поверить, и она верила, и каждый раз пролетала. Поздно учиться другому. Она стала циничной до мозга костей. Если она изменится, то перестанет быть Теслой, а ей нравилось быть собой.
Поэтому она сказала:
– Нет, извини. Я не могу просто поверить. Не принимай на свой счет. Я ответила бы так любому. Я хочу знать итоговую сумму.
– Что это значит?
– Правду. Или ты ничего не получишь.
– Ты уверена, что можешь отказаться? — спросил Киссун.
Она повернулась к нему в профиль, оглядываясь назад и поджимая губы, так делали героини ее любимых фильмов.
– Это угроза, — сказала она с обвиняющим выражением лица.
– Можешь понимать и так, — заключил он.
– Тогда пошел ты!
Он пожал плечами. Его пассивный, почти ленивый взгляд распалил ее еще больше.
– Я вообще не обязана сидеть и выслушивать тебя!
– Да?
– Да! Ты от меня что-то скрываешь.
– Ты смешна.
– Не думаю.
Она встала. Взгляд уперся в ее пах. Она вдруг почувствовала дискомфорт из-за наготы. Захотелось надеть свою грязную и окровавленную одежду, которая, наверное, осталась в миссии. Пора возвращаться. Она повернулась к двери.
За спиной раздался голос Киссуна: