– Будьте вы все, убившие мою ненаглядную Евну, прокляты! Прокляты! – истошно прокричал Рогдай, размахивая окровавленными культями отрубленных рук.

– Будь проклят ты, подлый предатель! – выкрикнул ему в ответ Вышата. – А теперь издохни!

Резким движением он вонзил свой меч в сердце врага и не вытаскивал его до тех пор, пока тот не рухнул на пол. Только тогда, заглянув в уже стекленеющие глаза, он вытащил свой меч из мертвого тела.

– Будь ты проклят, предатель! – еще раз сказал он мертвецу и что есть силы плюнул в мертвеющее лицо.

– Нам нельзя здесь задерживаться! – сказал я Вышате. – Дорога каждая минута! Надо ловить Коуша!

– Тогда вперед, Посланник! – повернулся ко мне воевода, на его измученном лице я увидел затаенную радость человека, только что исполнившего свою клятву.

Небольшой коридор быстро привел нас в довольно обширную залу, освещаемую лишь светом уходящего дня. На зеркальном полу дрожали отблески гаснущего заката. В центре залы стоял огромный мраморный помост с золотым троном посредине. В углу на толстых золотых цепях медленно покачивался серебряный сундук. По стенам тускло сверкали символы смерти: оскаленные черепа, скрещенные кости и прочая сатанинская муть. Сама зала была пуста.

– Эй, Коуш! Выходи, если не трус! – рявкнул во всю силу своих легких Вышата.

– Трус-трус-трус-трус! – ответило нам многоголосое эхо.

– Ладно! – повернулся ко мне воевода. – Надо, кажется, ломать другие двери! Здесь никого нет. Пошли!

Он быстрым шагом двинулся из залы. По всему выходило, что Коуш нас опять обманул. Пока Рогдай сражался с нами, он успел скрыться. Это была моя вина. Вместо того чтобы глазеть, как Вышата разделывается с изменником, надо было бежать в зал и хватать Коуша. А теперь ищи свищи!

Внезапно дверь за вышедшим воеводой со скрежетом захлопнулась. В тот же миг по стене стремительно мелькнула какая-то тень. Я даже не успел понять что к чему, как невыносимая боль пронзила все тело…

А затем было небывалое ощущение легкости и покоя. Я смотрел перед собой и ничего не мог понять. Все тот же зал с троном и сундуком на цепях. Только теперь неподалеку от меня стоял, тяжело переводя дух, какой-то облезлый старикашка. В черном одеянии и черном плаще он здорово смахивал на классического Кащея из фильмов-сказок режиссера Роу. Скрюченными пальцами старикашка сжимал здоровенный меч, который сверкал и полыхал огнем. В захлопнувшуюся дверь кто-то яростно колотил. Думаю, это был Вышата.

А затем я увидел самого себя. Я лежал ничком, уткнувшись лицом в пол. И подо мной медленно расплывалась кровавая лужа.

Старикашка, не скрывая своего торжества, подошел ко мне и, мерзко хохоча, несколько раз пнул меня ногой. Это было уже слишком! Я искренне возмутился и, подскочив к наглецу, что есть силы приложил его кулаком. Однако, к моему несказанному удивлению, кулак пронесся сквозь его голову, как сквозь пустоту. Старикашка повернулся в мою сторону. По тому, как бегали его маленькие бесцветные глазки, я понял, что он меня не видит, хотя и чувствует.

– А, это ты, Посланник! – вновь расхохотался он. – Ну и упрямый же ты малый, все никак не успокоишься' Но теперь все кончено. Ты мертв, и ничего с этим не поделаешь! Хлопот ты мне, признаюсь, доставил много! Такого настырного Посланника я не помню, но все рано или поздно становится на свое место. А потому я буду, как и прежде, царствовать, а ты гнить. Прощай, за тобой, думаю, уже пришли!

Спину мою обдало холодом, я обернулся. Передо мной стояла Смерть. Я никогда не видел ее, но сразу узнал, как сразу понял и то, что она пришла именно за мной. Смерть была точно такой же, какой рисовали: полуженщина-полускелет в белом саване и с косой в руках.

– Ну что, Посланник, – оскалилась она. – Давненько я к тебе приглядываюсь. Парень ты, конечно, хороший, но на этот раз, кажется, вляпался крепко!

Слов у меня не было, я просто мотнул головой.

– Кстати, я и сама весьма разочарована твоей смертью! – клацнула Смерть зубами.

– Это почему же? – невольно вырвалось у меня.

– Почему, почему! – раздраженно скривилась моя собеседница. – Мы с сестрами на тебя спорили, и я на тебя поставила, а теперь вот проиграла!

– И много поставила? – искренне поинтересовался я.

– Достаточно! – хмыкнула смерть. – Здорово тебя обманул этот проходимец!

Смерть кивнула в сторону Коуша. Тот, не видя нас, но, видимо, понимая, что рядом с ним что-то происходит, с беспокойством вертел своей облезлой головой.

Мне теперь торопиться было особо некуда, а потому я решил подольше поболтать со своей собеседницей.

– Дело теперь уж прошлое, – сказал я ей. – Но все же кто и для чего сделал меня Посланником, кого и зачем я должен был спасать?

– Откуда я про то знаю? – искренне удивилась Смерть. – Дела земные не мои дела, а в чужие я не лезу!