– Не положен.

– Что ж это у тебя за начальство такое?! Получается, что ты умереть должен на этом базаре!

– Нормальное начальство. Оно само на износ работает. Потому и ездит на «линкольнах».

– Тогда ты будешь контролировать рынок, а меня посылать на самые фешенебельные курорты попарить хрупкие косточки под солнцем. Я буду сидеть в шезлонге на берегу океана и лениво потягивать коктейль из тоненькой трубочки. Каждый день ты будешь мне звонить по сотовому телефону и заботливо спрашивать – не надо ли подкинуть деньжат? Правда, тебе придется увеличить поборы с коммерсантов, но они уже как-нибудь потерпят. Ничего не поделаешь: у твоей жены слишком большие запросы, а тебе в кайф их удовлетворять…

– Я что, похож на лоха?

– Нет.

– Только дурак может отпустить свою жену отдыхать в одиночестве! Моя жена никуда без меня не поедет.

– Хорошо, я всегда буду рядом, всегда под рукой. Только женись. Ты еще не передумал?

– Не передумал. Женюсь. Но не сейчас. Я же не могу на тебе жениться, сидя в этом погребе. Для начала нам нужно выбраться отсюда.

– Давай выбираться, – кивнула я. – В самом деле, сколько можно тут сидеть! Пора заявление подавать! Интересно, который час? Загс еще не закрылся? Кстати, как ты себя чувствуешь?

– С чего это ты беспокоиться стала?

– Как будущая жена я обязана заботиться о твоем здоровье.

– Сегодня намного лучше. Правда, я бы с удовольствием хлебнул самогонки. Без обезболивающего тяжеловато.

Рашид встал и попытался открыть крышку. Крышка не поддавалась.

– Подожди, у тебя руки слабые, ты же ранен, – одернула я его и попробовала сама надавить на эту долбаную крышку. К моему великому удивлению, крышка не сдвинулась ни на сантиметр. Рашид принялся помогать мне, но и это ничего не дало. Спустя несколько минут Рашид взял меня за руку и грустно сообщил:

– Лора, наши дела плохи. Погреб закрыт на ключ.

– Что?!

– Крышка погреба закрыта на ключ.

– А где ключ?

– У деда в кармане.

– А дед где?

– Скорее всего, его убили.

– Ты хочешь сказать, что мы закрыты на ключ, а ключ находится в кармане у убитого деда?

– Точно.

– Как же мы отсюда выберемся?

– Вот этого я пока не знаю.

Застонав, я схватилась за голову. Хотелось разрыдаться в полный голос или выпрыгнуть в окно, которым тут и не пахло. Рашид почувствовал мое состояние и притянул к себе.

– Ну что ты раскисла? Подожди, Лариса, сейчас что-нибудь придумаем.

– А что тут думать?! Тут и так все ясно! Считай, что нас с тобой закопали в могилу. Этот погреб очень похож на могилу! Просто здесь больше воздуха. Но насколько его хватит?! Мы умрем! Пройдет время, и мы обязательно умрем. Может, от голода, а может, по другим причинам. Долго мы не протянем. Нам никогда не выбраться отсюда! – Уткнувшись Рашиду в плечо, я дала волю слезам.

Рашид плотно зажал мой рот своей рукой.

– А ну-ка заткнись! Ты что, с ума сошла?! Может, в доме кто-то остался и нас услышат! Не дури, Лора! Успокойся, прошу тебя!

– Пусть лучше нас услышат и поскорее вытащат отсюда. По крайней мере, у нас будет шанс на спасение. А тут мы сгнием заживо.

– Пока мы еще живы, а если нас найдут, то обязательно убьют. Немедленно возьми себя в руки!

Я вытерла слезы и замолчала. Рашид большими шагами ходил из угла в угол, засунув руки в карман, и напряженно думал. Наконец он остановился и стал что-то переставлять на полках, смутно выделявшихся в темноте.

– Что ты там ищешь? – устало спросила я.

– Да вот решил посмотреть, что тут есть. Вдруг нам придется сидеть тут до мартышкиного заговенья.

– Ну и что ты там нашел?

– Много чего полезного.

– Да? А точнее?

– Тут еды хватит на несколько месяцев. Одних только банок с соленьями штук сорок. В углу стоит бочонок квашеной капусты, несколько мешков картошки лежит. В общем, жить можно.

– Можно подумать, что картошку сырой едят! Хотя, говорят, от рака помогает.

Рашид, не обращая внимания на мои слова, продолжал шебуршать на полках.

– Ого, да тут и самогонка есть! – воскликнул он, вытаскивая огромную бутыль. – Молодец дед Егор, запасся на славу. Царство ему небесное! Хороший был дед, душевный… От тут каждую тропинку знал. Нам охотиться помогал.

Пацаны в нем души не чаяли. У него мед такой вкусный, пальчики оближешь! Он этим медом даже наших пленников потчевал. Коммерсы здесь как на курорте сидели. Дед Егор им чайку горячего с медом принесет и с ложечки покормит…

– Что ж они сами не могли, что ли, есть?

– Не могли, ведь у них руки к батарее наручниками пристегнуты были.