Ладно, терпеть недолго. Гепола высветила бок Утёса почти до половины. Ещё немного, и прекрасный диск выглянет из-за горизонта. Хотя, Ахен с довольной улыбкой глянул на огороженный зубчатым парапетом верх башни, грех жаловаться. Какую-то неделю назад жизнь была заметно хуже. И не удивительно, Ахен аж прослезился от счастья, неделю назад он ещё служил в Легионе Преторианцев, в личной армии Великого Сахема.

Попасть в гарнизон Тивницы, на солидное денежное жалованье и непыльную службу, не так просто. В двадцать лет Ахен поступил в Легион. А потом целых пятнадцать лет провёл вдали от дома, в полевом лагере в двадцати километрах от Тивницы, возле маленького сонного городка Тукот. И все эти пятнадцать лет учебные походы, тренировки, строевая подготовка сменялись учебными походами, тренировками и строевыми подготовками по заколдованному кругу. Да ещё святая обязанность сопровождать Великого Сахема куда бы Создатель не надоумил его идти.

Много чего приходилось делать по молодости: и спать в походной палатке на шестерых, и греться у костра в промозглый зимний день, и охранять сон товарищей в тёмную ночь, и пробираться по густому лесу, засыпанному снегом до самого пояса. Хорошо, что воевать Вилуре практически не с кем.

Зато теперь… Месяц назад он подал рапорт и получил вожделенный перевод в гарнизон. Прощайте навсегда ночные бдения в чистом поле, да здравствует уютная караулка и тёплый туалет. Сутки в карауле, а потом целых три дня дома. Ну, там ещё, два – три раза в неделю общий сбор на текущую учёбу, это не в счёт. Зато…. Никаких походов, никаких войн. Ещё не нашёлся такой враг, у которого хватило бы сил, ума или глупости пойти на штурм Тивницы. Не жизнь, а малина! Намазывай её толстым слоем на хлеб и хавай большими кусками.

Главное, Ахен аж затрясся от нетерпения, он, наконец-то, сможет вполне официально жениться. А то и женщин уже две, и старшему сыну почти десять. Строгий устав Легиона категорически запрещает преторианцам жениться. Считается, если у бравого воина нет жены, то и тревожиться о доме и семье в далёком походе он не имеет права. Но ни один параграф устава не в силах отменить тягу к женщине. А там и до детей рукой подать.

Где-то через месяц его отпустят в отпуск дней на десять. И вот тогда, наконец-то, он сыграет пышную свадьбу. Наконец-то у алтаря Леи-целительницы, под радостные слёзы матери, он оденет медные обручальные кольца на безымянные пальцы Ислары и Ансуры. Хватит ходить дважды женатым холостяком. Наконец у него официально появится свой дом и своя полноценная семья.

Из-за горизонта показалась прекрасная Гепола. Противная сырость нехотя отступила. Тёмно-красныё парапет немного подсох и перестал блестеть, как стеклянный. Утренний промозглый холод через час, два сменить прекрасный осенний день. Зима ещё нескоро, а пока на дворе великолепная золотая осень.

Саян долго и нудно ворочался с боку на бок. То откинет в сторону тонкое одеяло, то вновь закутается в него с головой. Наконец, недовольно мыча, Саян соизволил проснуться. Перед затуманенным взором медленно прорисовалась залитая тёмно-синим цветом просторная спальня. Сквозь цветные витражи на высоких узких окнах великолепная Гепола освещает спальню Великого Сахема, бессмертного и бессменного правителя Вилуры вот уже шестую сотню лет. И тут же в голову выстрелила тупая звенящая боль утреннего похмелья.

Тяжко охнув, Саян с трудом оторвал гудящую голову от мокрой подушки. Мало того, что вчера вечером нажрался до поросячьего визга, так ещё всю ночь снилась какая-то невнятная хрень. Саян обхватил виски руками. Превеликий Создатель, что же он такое вчера отмечал? Но память наотрез отказывается отвечать на вопросы.

Рядом с кроватью, Саян повернул голову, низенький круглый столик. Чьи-то заботливые руки оставили на нём невысокий кувшин с узким горлышком и золотой бокал на тонкой ножке. Саян, игнорирую бокал, схватил вожделенный кувшин дрожащими руками и припал губами к его изогнутому носику.

Пиво! Великолепное свежее пиво, прохладное и невероятно вкусное, наилучшее лекарство в похмельное утро. Саян, сделав несколько больших глотков, блаженно выдохнул. Приятная успокаивающая прохлада поднялась из желудка и растеклась по всему телу. Взгляд окончательно прояснился, а гудящий в голове колокол наконец-то заткнулся. Можно жить дальше.

Саян с грохотом поставил кувшин обратно на столик. Если яркий цветной диск у верхней кромки окна не врёт, то Гепола поднялась довольно высоко. Быстрей всего уже наступил день. Впрочем, Саян рыгнул, не важно. А это что такое?

На левой половине широкой кровати, наполовину прикрытое одеялом, лежит тело. На белоснежной подушке обнажённые плечи и целая россыпь тёмных волос. Женщина. Точно женщина. Нежная загорелая кожа и весьма соблазнительная попка под тонким одеялом.

Похоже, вчера не просто напился до поросячьего визга, а нализался по высшему разряду до потери всех принципов. Саян недовольно засопел. Долгая жизнь приучила спать в одиночестве. Кто-то там ещё под боком, да ещё с такой кожей, волосами и попкой, грозит перерасти в серьёзное, светлое чувство, а там и до трагического финала рукой подать. Один раз уже схоронил горячо любимую женщину, пережить подобный кошмар ещё раз очень не хочется. Секс, секс, только секс и нечего кроме секса. Хотя, Саян пощупал остывающую голову, какие могут быть женщины по утру в таком гадком состоянии.

– Эй, – Саян, хрипя от натуги, грубо столкнул девушку с кровати. – Пшшла прочь, говорю.

Девушка, словно мешок с тряпьём, шлёпнулась на каменный пол, моментально проснулась и в ужасе вскочила на ноги. Тонкое одеяло слетело с её груди, скользнуло по талии и опало. Саян недовольно поморщился, даже такой ещё более соблазнительный вид не вызывает ничего, кроме злости.

– Прочь. Говорю. Пшла, – прошипел Саян.

Обнажённая девушка стрелой вылетела из спальни. Высокая резная дверь громко хлопнула за её спиной.