Организацию похорон витуса Окрена Нарт целиком и полностью взял на себя. Он лично обмыл тело Легата и закутал его в белое покрывало. Перед смертью все равны. В последний путь и самый бедный простолюдин и самый богатый благородный уходят без одежды, завёрнутые в длинный кусок белой ткани.

Пока служитель, тощий дедок с длинной бородкой, ночь напролёт читал над телом витуса Окрена молитвы, Нарт успел немного вздремнуть. Но, едва рассвело, как он проснулся и с головой погрузился в многочисленные хлопоты по организации похорон. В первую очередь отправил гонца в Тукот, чтобы сыновья витуса Окрена успели к началу церемонии.

Нарт лично поднял на ноги служителей и приказал подготовить Погребальный храм к церемонии Огненного погребения по высшему разряду. Полусонный смотритель долго не мог понять, чего от него хотят. Обычно благородных провожают в последний путь в Погребальном храме Белого города, тогда как в храме Чёрного города обычно кремируют простолюдинов, пусть и богатых, но без вереницы знатных предков за спиной. Нарт не стал объяснять седому смотрителю в чём дело, а просто вложил в его руку увесистый мешочек с серебряными виртами и велел подготовить храм ко второй половине дня.

Вачизу, кухарку витуса Окрена, Нарт, в сопровождении двух преторианцев, отправил на Торговую площадь за покупками. Обычай требует, чтобы на поминальной трапезе присутствовало как можно больше людей. Родные, близкие, соседи, сослуживцы, гостей ожидалось очень и очень много.

К полудню, как раз к приезду обоих сынов витуса, приготовления были закончены. Весть о смерти Легата моментально облетела Тивницу. Из окна на втором этаже Нарт наблюдал, как возле дома собирается огромная толпа горожан.

Кажется, будто провожать витуса Окрена вышла вся Тивница. Ну… половина Чёрного города наверняка. Под охраной почётного караула, манипулы преторианцев гарнизона, под прицелом сотен и сотен глаз, Нарт нёс тело легата на носилках вместе с Меданом и Гитасом. Четвёртым, как ни странно, был дед Итарр. Отставной преторианец буквально на коленях вымолил у старшего сына позволения нести витуса Окрена. Нарт, мерно шагая в ногу, искоса поглядывал на старого слугу. Дед Итарр кряхтел, обильно потел, но с упорством фанатика продолжал идти.

В Погребальном храме, едва опустив тело Легата на аккуратно сложенную кучу дров, Нарт тут же подхватил Агнессию под руку. Гора Окрен, остро переживая смерть отца, не спала всю ночь. Только под утро ей удалось ненадолго забыться в тревожном сне. Агнессия, одетая в чёрное платье с чёрным платком на голове, мелко-мелко задрожала и едва не рухнула на пол, когда Медан, как старший сын покойного, подпалил погребальный костёр. Нарт едва успел обхватить дочь Легата за талию и удержать её на ногах.

Поминальная трапеза затянулась до позднего вечера. Гостей пришло столько, что пришлось заставить столами не только большую столовую и прихожую, а вынести ещё парочку на улицу. Как и следовало ожидать, помянуть Легата пришли одни преторианцы. Ни Оружейника, ни Казначея, ни Вестника среди гостей не было. Благородные дружно проигнорировали смерть витуса Окрена. Нарт, поднимая в очередной раз кубок с вином на вечную память, выписал доминистам ещё один счёт.

Обычай требует соблюдать траур по умершему ровно сорок дней. Но Нарт, едва отоспавшись после похорон, тут же собрался в Тукот. Дела не ждут. Нарт, не объясняя причин, настоятельно попросил Медана и Гиса выехать вместе с ним в Тукот. Старший сын покойного Легата молча покосился на золотую печатку на правой руке Нарта и не стал спрашивать зачем.

Кавалькада всадников, покинув Тивницу через Восточные ворота, быстро поскакала мимо многочисленных деревень, берёзовых рощ и засыпанных снегом полей на северо-восток. Нарт, подъезжая к последней перед Тукотом деревне со смешным название Рыбалка, оглянулся через плечо и выразительно глянул на Медана. Молодой воин всю дорогу ехал мрачнее тучи, зимняя куртка плотно застёгнута, а меховая шапка сдвинута на глаза. Но молодой утус Окрен заметил взгляд Нарта и, подхлестнув коня, подъехал ближе.

– Слушаю вас…, – Медан на мгновенье замялся, но всё же добавил: – витус.

– Медан, ещё в тот проклятый вечер, когда убили твоего отца, я вытащил центуриона Городской стражи из постели и очень настойчиво попросил как можно быстрее организовать розыск убийц. Утус Несман мужик расторопный. Он лично расспросил телохранителей твоего отца и выгнал всех своих помощников на улицы Тивницы. Но! – Нарт махнул рукой. – Никого не нашли.

Как удалось выяснить парням утуса Несмана, десять крепких мужиков с армейской выправкой прожили около пяти дней на постоялом дворе «Тихая пристань». Но в вечер убийства они исчезли и никто их больше не видел. Как не сложно догадаться, они сразу покинули Тивницу и теперь могут быть где угодно.