Какие причудливые зигзаги творит мироздание. Трудно представить, сложно поверить, что несколько месяцев назад я наблюдала за неимоверно сильным оборотнем сквозь призрачное «окно» в чужой мир, а потом гадала, что с ним сталось; несколько недель назад встретила его и могла лишь мечтать, чтобы вот как сейчас идти с ним под руку ужинать. Словно настоящая пара... влюбленная... почти.

Мы зашли в светлое просторное фойе с черно-белым полом, даже не так — огромной шахматной доской, стилизованной, мало того, служащие в гардеробе тоже обряжены шахматными фигурами. И я с полупрофессиональным интересом, нисколько не стесняясь, изучала лаконично-дорогой, до последнего элемента продуманный интерьер, по привычке сравнивая с заведениями того же уровня на родине, и незаметно разглядывала посетителей. Все-таки мама работает в не менее солидном ресторане, куда ходят большей частью обеспеченные люди. Вот и я невольно проявляла любопытство к богатым серым гостям.

— Егор Михайлович, какой приятный сюрприз, давно тебя в подобных местах не встречал, все по делам, да на Совете... — услышала я тягуче-густой баритон, едва отдав курку гардеробщице.

Обернулась и увидела перед собой троих оборотней. Хорошо одетых, респектабельных жителей Нижнего города. Я незаметно вдохнула поглубже — запах псины; волки, если мне не изменяет чутье. Седовласый господин — значит, уже очень старый — сдержанно, но искренне улыбался Хмурому. Рядом с ним стояла примерно такого же возраста дама с королевской осанкой. Ее по сыновьи за плечи обнимал мужчина на вид лет тридцати-сорока. В черной шевелюре которого не заметно ни одного седого волоска, а темные глаза этого хищника при взгляде на нас неприязненно сверкнули. Его эмоции только подтвердили: он чем-то недоволен.

Благородное серое семейство бегло, видимо следуя этикету, но внимательно осмотрело меня с головы до ног. И черное классическое приталенное платье с белым воротничком и длиной до колена их почему-то удивило, о чем я по глазам да эмоциям догадалась, а не по выражению лиц, абсолютно не изменившихся.

— Приветствую вас, Сергей Петрович, Анна Гавриловна... Артур, — бесстрастно произнес Хмурый. — Мы решили отвлечься от работы.

Анна Гавриловна и Артур, надо полагать, Сергеевич любезно кивнули.

— Да-да, твое дело молодое, Егор Михайлович, нужно отдыхать, расслабляться... — весело согласился старый оборотень. Затем, еще приблизившись к Егору и встав ко мне в пол-оборота спиной, негромко добавил: — Мне надо переговорить с тобой до следующего Совета. Есть вопросы, требующие отдельного внимания.

Меня задело, что я удостоилась лишь его оценивающего взгляда, а затем словно перестала существовать. Да еще и широкая волчья спина перед носом взбесила — как минимум невежливый жест. Хмурый секунду-другую помедлил, слушая Сергея Петровича, затем взглянул на меня. Не знаю, что его подвигло на следующие действия, может, почувствовал или почуял неладное, но он будто встряхнулся внутренне, сделал шаг назад, отодвигая меня от своего собеседника, и извинился:

— Простите мою оплошность и невнимательность, знакомьтесь... — я ощутила его мимолетное напряжение, перед тем как он представил меня. — ...моя подруга — Ксения Зацепина.

Казалось бы, банальная фраза, которая в моем бывшем мире могла означать что угодно, но в этом, Сумеречном, семейство волков подобралось, три пары темных глаз сверкнули неподдельным интересом, а губы растянулись в официальных улыбках.

Пожилой господин, склонив голову набок, хмыкнул, разглядывая меня уже не как предмет интерьера или бесплатное приложение. Волки не таясь потянули носами, знакомясь с моим запахом, и после их взгляды стали еще более внимательными, цепкими, неприятными.

— Рад за тебя, Егор Михайлович. Давно пора подумать о будущем и...

Хмурый поспешил прервать собеседника:

— Извините, но моя спутница голодна...

Я едва не скрипнула зубами: «Вот не надо сваливать свою головную боль, на мою голову, пока здоровую».

— Понял, приятного вечера, — кивнул наверняка старый прожженный политик.

Егор, не дожидаясь дальнейших реверансов, вежливо кивнул даме и молодому мужчине, прощаясь, приобнял меня за талию и повел в зал. И пока мы шли между столиками, часто кивал знакомым и пару раз представлял меня как подругу. А стоило нам отвернуться и следовать дальше, доносились глубокие вздохи оборотней и ощущались липкие энергетические «щупы» магов, перекрываемые бурным эмоциональным интересом и прямо-таки голодным любопытством.

В результате, как только мы присели за стол, я спросила:

— Егор, я не понимаю, отчего здесь все проявляют ко мне повышенный интерес? Что во мне такого? Я не так одета?

Он поморщился недовольно и нехотя ответил:

— «У Шаниных» — элитный ресторан. Сюда приходят с семьями... женами или партнерами по бизнесу.

Мое сердце пропустило удар.

— Другими словами, кроме меня ты сюда женщин не приводил?

— Я — нет!

— То есть, Глеб или Сава — да? — я радостно улыбнулась, ведь моя душа запела от счастья. Я первая пришла с ним в этот ресторан!

В потеплевших желтых глазах напротив отразились чувства, наверное, мои — слишком заразительные.

— Сава — да, но наш тигр не особо уважает устои и традиции, не подчиняется условностям и правилам. Он сам по себе и поступает так, как ему удобно или хочется.

Я кивнула, полностью соглашаясь с характеристикой, выданной рыжему баламуту, и заодно спросила: