— Смотрите-ка, это Принигонда! — один из посетителей таверны, сидевших через несколько столиков отсюда, ткнул в меня пальцем, привлекая внимание своих товарищей. — Это её ищет Тамаль.

Вся компания из четырёх человек весьма сомнительной наружности встала и направилась к нам. На их лицах блуждали гадливые улыбки предвкушения, а в глазах сияли десять золотых. Чтобы чётко обозначить свои намерения, они вынули оружие. Посетители замерли в предвкушении представления.

Ну, началось в колхозе утро! Где стражники, когда они нужны?

— Да это как проклятие, — прорычала сквозь зубы. Очень недолго я радовалась новому платью.

Не успела и шагу сделать в сторону, как Октавиан схватил меня за руку выше локтя и дёрнул к себе.

— Девчонка моя добыча, не лезьте.

— Да неужели?

Тем не менее они остановились. Все четверо не старше двадцатого уровня. Против тридцать второго Октавиана слабоваты, но могут взять количеством. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы просканировать мужиков. Защитных скилов у них не было. Надо присмотреться к игрокам…

Однако, ситуация разрешилась самым непредсказуемым образом. Официантка Леонсия быстро растолкала мешающих посетителей и встала между нами.

— Выясняйте отношения где угодно, но только не в этой таверне! — её голос звучал уверенно, а металлический поднос в руке слабо замерцал. Девчонка посмотрела прямо на меня: — Твоим покровителем прошу, не сопротивляйся. Если они расколошматят мебель, хозяин повесит на меня убытки и новое дурацкое клеймо, а мне два квеста в этом аду осталось до вольной.

— Без проблем, — кивнула. Пусть хоть ей повезёт.

— Уходим, — всё ещё держа меня за локоть, Октавиан прошёл мимо Леонсии, не спускавшей грозных глаз с четвёрки смутьянов. Быть вещью гадкое ощущение, хоть и сравнительно безопасное. Впредь постараюсь, чтобы больше такого не повторилось.

Римлянин знал надежную дорогу к пристани, свободную от нубийцев, но не от прочих неприятностей. Наш путь пролегал по грязным подворотням, где царствовали здоровенные крысы. Солнце клонилось к закату, и они повыползали из своих щелей и нор в надежде поживиться каким-нибудь раззявой. Не сбавляя темпа, мы промчались прямо перед их клыкастыми мордами. Кое-кто попытался увязаться следом, но быстро разочаровался.

— Я поняла, в чём дело. Ты в меня влюбился! — сказала на прощание. — Но прости, у меня правило: никаких амуров до семидесятого уровня.

— Не льсти себе, египтянка.

Вот из таких ситуаций потом и берутся слухи о романах между игроками и неписями. Вот так потом и получают клеймо Разбитое Сердце…

Едва очутившись на острове, отправилась прямиком в порт. Жаль, ученицей я так и не стану, а вот беглой служанкой уже совсем скоро. Я могла бы попробовать выкупить себя у школы по советам с форума, но нет у меня таких денег, а у брата просить не стану, у нас с ним уговор. Буду надеяться, что статус беглянки дальше Асуана не уйдёт.

Глянула на солнце — садится. Тефнехт и Пианхи поди уже ждут меня. Обломаются. Рядом возник огонёк Ка. А я уж начала думать, что он меня бросил, как заполучил в последователи.

— Где ж ты был, когда на меня нападали, приятель?

— Ка.

— Вот — вот! Меня защищал римлянин, прикинь? Но ты не думай, в предательницы я не пойду. Только раздобуду пару значков. Это же не схемы тайных ходов через стены города.

— Ка…

Половина торговцев на рынке уже начала сворачивать товары, хотя тут всё ещё было многолюдно. Сюда я заглянула, чтобы продать прекрасный нубийский нож. Вещь он, конечно, белая, абсолютно тупой, статы для меня скрыты, что было весьма удивительно, так как он вещь безуровневая, но зато есть приписка о том, что его можно улучшить. Не думаю, что за этот образчик холодного оружия дадут золотые горы, но на пару звонких монет хотелось рассчитывать.

— Один серебряник, — озвучил цену торговец после пары минут молчаливого созерцания. Этого мужика мне порекомендовали женщины из соседнего ряда, как наиболее порядочного из местных пройдох.

— Всего? Да бросьте! Посмотрите, какая отделка — слоновая кость и чёрное дерево. Всё в тонких узорах.

— Дивная работа, спору нет, но это нож убийцы. На нём больше крови, чем на алтаре Гора. Моя цена не изменится.

С видимой жалостью он вернул оружие и принялся собирать товар на ночь.

Я повертела клинок, решая: избавляться от него или повременить? Нож убийцы, значит? А та нубийка интереснее, чем казалась, и, должно быть, сильно расстроилась потере. Но один серебряник уж слишком мало за мой первый боевой трофей, отнятый не у монстра. Продам где-нибудь в другом месте, а пока решила прицепить к поясу. Может, его репутация сыграет на пользу, и ко мне станут меньше придираться?

— Неудачный у тебя день, девушка, — пробормотал торговец, видя, что не получит его. — Этот нож ещё принесёт тебе неприятности.