Моя лошадь была привязана к карете, и пока я набрасывала плащ и надевала перчатки, Грегори подвёл мне её и помог сесть. Пока мы не двинулись в путь, Хризея крутилась возле нас, но стоило нам поехать, как она вырвалась вперёд и заняла своё место возле Люциана. К её чести надо сказать, что она звала меня с собой, но я предпочла держаться поближе к своей охране.

Как и планировалось, большая часть отряда вампиров нас покинула. Среди оборотней я заметила несколько знакомых лиц, и они смотрели на меня… с осуждением! Да даже те, кого я не знала, бросали на меня укоряющие взгляды. С ума сойти! Вообще-то это их Владыка развлекает вампиршу, отчего её серебристый смех разносится по округе, а сверлят взглядами они почему-то меня. Да уж, дорога обещала быть длинной.

На третий день пути на нас напали ночью разбойники. Я даже не поняла, что случилось. Когда вышла из шатра, всё уже было кончено. Вампиры с оборотнями неплохо размялись, а первые ещё себе прихватили пленных для еды в дорогу. Но после этого Люциан решил изменить маршрут следования, из-за чего у него произошла стычка с Лордом Тэроном. Тот утверждал, что маршрут утверждён и менять его не будет, а Владыка настаивал, что за сохранность кортежа отвечают оборотни и ему решать, какой дорогой ехать. Они схлестнулись, выясняя кто главный. Победил Владыка. Оборотни имели численное превосходство, да и Люциан не простой охранник, с ним сильно не поспоришь.

Если честно, я так и не поняла, почему он решил лично сопровождать кортеж. Сначала я думала, что дело во мне, но он мою персону игнорировал, смотря сквозь меня. Если не считать первую встречу, то в мою сторону он больше и не посмотрел. Грегори сказал, что в момент нападения Владыка прислал к моему шатру двоих оборотней, но тоже он сделал и для других женщин.

Зато я была вынуждена слушать мечты Хризеи запустить в него зубы и нотации её родственницы о том, чтобы та держалась подальше от этой собаки. Иначе, чем «эта собака» та Владыку не называла. Она пыталась влиять на меня, чтобы я держалась к Хризее поближе и не оставляла ту наедине с Владыкой, но я быстро отбрила, что не обязана следить за моральным обликом невесты. Так что той пришлось самой трястись верхом рядом с ними. Хотя, Лорд Тэрон тоже постоянно был рядом с Хризеей, когда та ехала верхом.

Сизый дым вяло стелился в тумане над мокрой пожухлой травой, над остовами домов, над остатками ещё недавно обжитой территории, где жили люди. Всё вокруг было окутано горькой дымкой. Запах гари забивал нос и окутывал эту несчастную деревушку, где не осталось никого живого. Свинцовые облака низко ползли по небу, делая пейзаж ещё более хмурым и зловещим.

Было не понятно, что здесь произошло. Из-за того, что Люциан изменил маршрут, мы сделали небольшой крюк и пришли в эту деревушку на полтора дня позже, чем планировалось. Страшно подумать, что мы могли тоже подвергнуться нападению.

Владыка послал людей обследовать территорию, но так ничего и не нашли. Кто напал и сжёг деревню, оставалось загадкой. На этот раз, когда Люциан решил отклониться от маршрута, уже никто не возражал. Он попросил Хризею сесть в карету, чтобы она не светилась, пока не выедем на открытую местность. Нашу карету разместили в центре процессии, для большей безопасности. Девушка ехала притихшая, погружённая в свои мысли.

— Как ты думаешь, это было покушение на нас? — неожиданно спросила она меня.

— Не знаю, — пожала я плечами, не в силах избавиться от воспоминаний гнетущей картины. По идее, следов пожарищ по дороге мы больше не встречали, и всё указывало на то, что ждали всё же нас. — Думаю, наш маршрут должны были держать в тайне.

По лицу девушки проскользнула неясная тень. Если бы я не смотрела на неё в этот момент, то ничего бы не заметила. С нами были служанки, и я ничего не сказала, но себе пометку сделала.

До самого вечера мы ехали без остановок и остановились на ночёвку в небольшой деревушке. Староста уступил нам дом и первым делом мы приказали наносить воды, чтобы помыться. Пока служанки таскали воду, я прижала Хризею. После недолгого сопротивления она призналась, что скопировала у отца маршрут путешествия и передала его через знакомую, которая сочувствовала, что она попала в список невест. Это было до неудавшегося побега. Та знакомая так её накрутила, расписывая ужасы брака с дроу, что когда из претенденток выбрали её, она предприняла попытку побега.

— Хризея, зачем? — простонала я.

— Я не хотела этого брака, а она сказала, что есть люди, которые желают помочь.

— Помочь? Да тебя убьют и нас вместе с тобой, неужели ты этого не понимаешь?

— Теперь понимаю, — насупилась она.

— Ты должна рассказать Владыке.

— Нет!

— Хризея, от этого зависит наша безопасность. По всему выходит, что придерживаться маршрута опасно.

— Мы его и так не придерживаемся!

— Но сказать надо, — настаивала я.

— Тебе надо, ты и говори! — огрызнулась она и тут же схватила меня за руку, просительно заглядывая в глаза: — Не выдавай меня. Ты же моя подруга.

Я онемела от таких перепадов настроения, но Хризея продолжала давить:

— Ольга, нельзя, чтобы стало известно, что я не желала этого брака. Ты же сама говорила, что мне надо его очаровать, а если до него дойдёт, что я предпринимала шаги, чтобы избежать свадьбы…

— Хризея, да от кого дойдёт? — в раздражении заметила я. — Тебе надо просто намекнуть, что план путешествия мог попасть в чужие руки.

— Нет! — закрылась она.

Я готова была взвыть. Из-за её импульсивности, мы все находимся в опасности. Ладно, сейчас мы отклонились от маршрута, а дальше? Я же не знаю, что в голове у Владыки. И подойти к нему сказать об открывшихся обстоятельствах я не могу.