Я провела его наверх, ко второй спальне справа, и открыла дверь. Перед нами растянулась просторная комната. Очень светлая ольховая вагонка покрывала стены и потолок, создавая иллюзию деревянного сельского дома. У одной стены - огромная простая кровать с полированной спинкой, которая, казалось, была грубо вырезана из какого-то бревна, на кровати лежал мягкий матрас с белым постельным бельем, кучей подушек и серо-зеленым покрывалом. Две тумбочки, комод, книжный шкаф - все в стиль кроватной спинки, но явно не из одного набора, дополняли спальню.

– Мило, - сказал Шон.

– Ванная справа, - я кивнула.

Он прошелся по ванной комнате, почти такой же большой, как спальня, осмотрел ванную, душ и остановился у маленьких окошек.

– Огромная такая, - заметил он.

Ванные были мои больным местом.

– По крайней мере, чистая.

Он повернулся. Его глаза сузились.

– Мы находимся в юго-восточной стороне дома. Я вижу дорогу.

– Да.

– Я провел много времени, изучая твой дом снаружи.

– Ага.

К чему это он?

– И я в курсе, что на месте этой ванны находится три больших арочных, стоящих бок о бок, окна с небольшим балкончиком, - Шон указал на два маленьких прямоугольных окна, расположенных один под другим для естественного освещения ванны.

– Если хочешь огромное арочное окно, чтобы щеголять всей своей славной наготой перед людьми, пока принимаешь ванну, то это можно устроить.

– Дина, - зарычал он.

– Говорят, у физики есть законы, - сказала я ему, входя в дверь спальни.
– Я предпочитаю смотреть на них, как на свод гибких инструкций.

Шон вышел вслед за мной. Плоский экран телевизора медленно проявился на стене напротив кровати. Потолок выплюнул пульт, и Шон рефлекторно подхватил его.

– Спасибо, что решили остановиться у нас, Шон, - протараторила я.
– Я рада, что вы здесь. Вам известно расположение кухни, поэтому если проголодаетесь посередине ночи, добро пожаловать туда. Пожалуйста, сообщите мне, если вам что-то потребуется.

Он открыл рот, закрыл, словно передумал, и ответил:

– Конечно.

Я вышла и закрыла дверь. Мне нужен отличный долгий душ, чтобы смыть весь этот дым из волос.

Два часа спустя я нежилась в постели, читала, и пыталась проигнорировать тот факт, что Шон находился в трех спальнях от сюда, а Чудовище не переставала лаять. Несколько секунд спустя я услышала, как автомобиль заехал на территорию гостиницы. Я посмотрела в окно. Два хаммера припарковались на нашей улице. Двери открылись, и из автомобилей вылезли шестеро крупных мужиков в плащах.

Эмм. А это еще кто?

Последний человек нагнулся к машине и вынул что-то длинное, завернутое в ткань. С моей удачей это могла быть и базука. Приготовиться к взрыву: три, два, один...

Мужчина выпрямился, пальто смялось. Длинные черные волосы упали на плечи.

Не федеральный агент. Насколько я знала, ни ФБР, ни ЦРУ не позволяли своим агентам длинные развивающиеся прически.

Мужчина передал свой груз другому, вытянул еще парочку таких же и закрыл дверь машины. Словно по какому-то невидимому сигналу, его сопровождающие остановились и склонили головы, сложив руки в молитвенном жесте. Я прищурилась. Пальцы рук вместе, ладони раздельно, большие пальцы и мизинцы соединены и подняты. Святая Пирамида. Есть!

Я схватила лифчик и балахон хранителя из шкафа. Они захотят поговорить, и они помешаны на формальностях, так что одеваться по-нормальному нет времени.

Через десять секунд я спустилась в гостиную, одетая в длинный серый балахон с капюшоном, и метлой в руке. Шон уже вышел из комнаты, одетый.

– Кто они?

– Святая Космическая Анократия. Не знаю, какой Дом.

– Это мне ни о чем не говорит? Почему ты разоделась как монах?

– Напомни мне заставить тебя прочесть учебник для чайников, - я спустилась по лестнице.
– Если нам повезло, то это просто солдаты. Но если с ними рыцарь, то все будет намного сложнее.

– Насколько сложнее?
– спросил Шон.

– Намного.

Магия загудела, сообщая, что кто-то подошел к границе моей территории. Они не пересекали черту. Они просто сообщали о своем визите. Это хороший знак.

Я дотронулась до двери.