— Нет! Я послал гонца к Гурию. Он приведет еще сотню! Тогда можно попытаться еще раз. Нам не выстоять против всех с нашей численностью!

— Твою мать, Фиен! Аш там один. Он ждет подмогу!

Фиен оскалился и подался вперед:

— Какого дьявола ты бросил его там, трусливый пес?

— Это был приказ! — Оскалился в ответ Тиберий, — приказ, мать твою! Поднимай отряд, нужно вытаскивать его оттуда. Если проберемся в подземелье — рабы нам помогут. Мы не можем ждать!

— Это самоубийство. Против тысячного войска выдвинуть пятьдесят демонов!

Возразил Фиен.

— Потом будет поздно! Или это и есть способ занять место в постели рядом с белобрысой сучкой Повелителя?

В одну секунду Фиен сбил Тиберия с ног и приставил меч к его шее.

— Я вспорю тебе горло если ты скажешь еще хоть слово!

— Вспори! И я не буду соучастником этого предательства!

Фиен силой вдавил демона в землю.

— Выбирай слова, Тиб! С минуты на минуту появится Гурий и мы двинемся на замок! Если сдохнем там раньше — это Ашу не поможет. Не поможет, мать, твою! Они покромсают нас на ленточки! Думай, как бы поступил Аш. Отбрось к дьяволу свои эмоции.

Тиберий оттолкнул Фиена и вскочил на ноги.

— Нет у меня эмоций! Я — демон, ты не забыл?

Потом повернулся к Фену.

— Да понимаю я. Ты прав. Он меня спас! Мою гребаную жизнь, а сам остался там.

— Он жив, если снял знамя с башни, он был еще жив. Они не убьют его так быстро.

Тиберий сжал кулаки и посмотрел в сторону замка.

— Но он сам же его какого-то дьявола и повесил! Я видел, Фиен! Лучиан приказал взять Аша живым или мертвым. Смотри! Какого дьявола там происходит? Что за…!

Тиберий смотрел в направлении замка, заслонив глаза ладонью от тусклого солнечного света. Фиен шумно выдохнул и по его телу прошла волна дрожи.

— Они украшают местность, твари. Развешивают тела вдоль оврага, нанизывая на колья, показывая нам, что одержали победу и все наши мертвы.

Воцарилась тишина. Слышалось только карканье ворон.

— Все. Мы опоздали, — тихо сказал Тиберий и с яростью воткнул меч в землю.

— По законам Мендемая мы можем забрать наших мертвецов, — севшим голосом ответил Фиен, — Аша среди них может и не быть. Спустя час двинемся в сторону замка заберем тела.

— А смысл? Подставиться под стрелы ради мертвых?

Фиен резко повернулся к Тиберию.

— Это не просто мертвые — они наши братья. Они проливали там кровь за нашу свободу. Они достойны быть сожженными на ритуальном костре, а не сгнить развешанными на кольях, когда их трусливые друзья по оружию прячут свои задницы в лесу, распустив сопли. Кто со мной?

Фиен посмотрел на притихших воинов.

— Сделать шаг вперед — кто со мной?!

Несколько секунд все молчали, а потом каждый сделал шаг, глядя на инкуба.

— Через час двинемся в сторону замка.

— Лучиан не будет соблюдать законов. Он это сделал специально и нас перестреляют, как тупую дичь, клюнувшую на приманку.

— Не ты ли хотел выдвинуть туда всего пятьдесят солдат пару минут назад?

— Воины Гурия в километре от нас! — крикнул дозорный, ведущий наблюдение с возвышения.

— Они нас и прикроют. Там целый отряд лучников.

Спустя час отряд двинулся в сторону замка. Ровной шеренгой, под прикрытием лучников они шли забирать страшные трофеи, вывешенные вдоль оврага. Фиен впереди всех, с непокрытой головой, сжимая в руках перевернутый лезвием вниз меч — знак того, что отряд вышел за своими павшими собратьями, а не в наступление. Все молча остановились, когда увидели первого мертвеца. Раздался тихий ропот, больше похожий на всеобщий стон отчаяния.

Его узнали. Острый кол торчал из развороченной грудной клетки предводителя мятежников. Байстрюка вначале лишили сердца и только потом вздернули на высокий заостренный шест. Широко открытые глаза Аша смотрели прямо на отряд даже мертвый он вызывал в них трепет.

Демоны преклонили колени и склонили головы. Фиен сделал шаг вперед и остановился, несколько минут смотрел, задрав голову на мертвого Повелителя, а потом тоже упал на колени.

В землю, возле инкуба, вонзилась стрела. Знак того, что никто не собирался давать им много времени.

Первым сняли Аша, аккуратно положили на развернутый плащ. Быстро. В гробовой тишине, воины снимали своих собратьев и укладывали на расстеленные плащи. Вскоре на земле лежали около двадцати трупов.

— Уносим, — хрипло скомандовал Фиен, — остальных заберем через время.

Зарево костров полыхало до самых верхушек елей, солдаты выстроились в круг, наблюдая за тем, как Фиен поджигает хворост, разложенный вокруг их мертвых собратьев. Они сожгли все тела, кроме одного.