– Не хочется думать, что в этом случае были связаны противоборствующие силы добра и зла, но без одной другая не стала бы благодеянием для всего мира.

– И не только в одном случае, – заметил Остин. – Взаимоотношения Китая и США никогда не были такими теплыми. И больше нет триады. Инь и ян в гармонии.

Они поднялись во дворик и сели лицом к воде и манграм.

– У меня трудный вопрос, – поделился Остин. – Доктор Чуань как осведомитель триады помогал ей достигать поставленных целей. После того как он донес триаде о существовании лаборатории, триада проследила за доктором Кейном и установила его местонахождение. Что нам с ним делать?

– Не знаю, – ответила Ли. – Он робок, его легко запугать, но он замечательный врач. Мне бы не хотелось выдавать его правительству. Его казнят. – Она посмотрела на белоснежную цаплю, летящую над водой, а когда снова повернулась к Остину, то улыбалась. – Вот что я предлагаю сделать с доктором Чуанем.

Она объяснила, что хотела бы, чтобы Чуань занял ее место сельского врача. Остин запрокинул голову и громко рассмеялся.

– Идея совершенная в своей симметрии. Теперь моя очередь сделать предложение.

Он раскрыл рюкзак и достал бутылку и два бокала. Наполнил бокалы до половины и один протянул Сун.

– Это микронезийская сакау, которую я вам обещал. Ее делают из водяного перца, и она обладает легким наркотическим действием, так что принимать ее нужно небольшими дозами.

Они подняли бокалы, и после недолгого раздумья Сун произнесла:

– За теплые отношения между Китаем и США.

Они чокнулись. Ли поморщилась и поставила бокал на стол.

– У него особый вкус, и, вероятно, это хорошо, – сказал Остин. – Насколько помню, еще я обещал вам ужин с видом на море. – Он махнул рукой. – Вот вид на море. А ужин может подождать, пока мы не закончим работу.

– А может, и нет, – не согласилась Сун. – Один из техников лаборатории сегодня утром поймал несколько морских окуней, которых сейчас жарят на ужин. Присоединяйтесь к нам.

Остин принял приглашение, и они сидели во дворике и разговаривали, пока их не позвали на ужин. Ели они в столовой с полудюжиной сотрудников лаборатории, а потом вернулись во дворик, насладиться выпивкой после ужина. Остров постепенно окутывала тьма. Остин убрал сакау, и они пили менее крепкий портвейн.

Курт и Сун проговорили много часов под чувственные звуки субтропической ночи, среди ее ароматов, и уже в очень поздний час поняли, что все разошлись и они остались вдвоем.

Остин взглянул на циферблат и сказал:

– Скоро полночь. Позвоню Дули, чтобы он меня забрал.

Сун негромко рассмеялась.

– Дули уже спит. А вам придется лезть на водонапорную башню, чтобы поймать сигнал. Почему бы вам не остаться на ночь в моем коттедже? Здесь очень удобно и уютно.

– Никто не может сказать, что Курт Остин стоит на пути теплых американо-китайских отношений, – подмигнул он. – Но вся моя одежда на мне. Пижаму я оставил дома.

Сун взяла Курта за руку.

– Пижама вам не понадобится, – с улыбкой пояснила Ли.

На следующий день они проснулись под пение птиц. Остину нужно было возвращаться в Вашингтон на встречу. Пока он поднимался на водонапорную башню и звонил Дули, Сун и техники приготовили завтрак в основном из свежих фруктов. Они ели во дворике, Остин наслаждался миром и спокойствием острова.

– Трудно покидать рай, – признался он.

– Тебе действительно нужно так скоро улетать? – спросила она.

– К несчастью, да. Извини за поспешность.

– Может, так же быстро вернешься?

– У меня такое чувство, что мы увидимся раньше, чем думаем. Как твое исследование нью-бедфордской аномалии?

– Я просматривала свои материалы. Очень многого не хватает. – Она нахмурилась и сказала: – Кажется, я слышу Дули.

Она проводила Курта до конца причала. Они обнялись и поцеловались на прощание. Прежде чем сесть в лодку, Остин порылся в рюкзаке и достал пакет, завернутый в простую бумагу. Он протянул пакет Ли.

– Тебя это может заинтересовать.

Ли развернула бумагу, и в ее руке оказалась книга.

Голубой кожаный переплет потрескался от возраста и от времени, проведенного в море. Она открыла первую страницу и вслух прочла:

– Это пропавший журнал! – воскликнула она. – Где ты его взял?