Как видно из прилагаемой карты, нарушения в преобладающей своей массе ведутся:

а) на границе с Прибалтийским особым военным округом и особенно в районах Либава, Мемель и Ковно;

б) на Львовском направлении на участке госграницы Сокаль, Перемышль.

Отдельные случаи нарушения госграницы произведены в направлениях на Гродно, Белосток, Ковель и Луцк, а также на госгранице с Румынией.

Полеты немецких самолетов производились на глубину 90–200 км от госграницы как истребителями, так и бомбардировщиками. Это говорит о том, что немцы производят как визуальную разведку, так и фотографирование.

Прошу доложить этот вопрос тов. Сталину и принять возможные мероприятия.

Начальник Генерального штаба Красной Армии

Генерал армии Жуков

11 апреля 1941 г.

№ 503 727».[176]

Георгий Константинович отмечал, что никаких реальных мер ни по этому донесению, ни по ряду других не последовало. Несмотря на данные разведки о сосредоточении у советских границ около 160 полностью боеготовых дивизий вермахта, о возможном нападении противника 15, 22 или 25 июня 1941 года, советское руководство полагало, что в обстановке, близкой к победоносному завершению войны с Англией, Гитлер не пойдет на гибельную для Германии войну на два фронта. Кроме того, Сталин считал, что английское правительство крайне заинтересовано в том, чтобы спровоцировать войну Германии против СССР. Поэтому он оценил как провокационные меморандум правительства Великобритании от 18 апреля 1941 года (в нем говорилось, что в случае затягивания войны Великобритания может прийти к мысли о ее окончании на германских условиях) и доставленное ему 19 апреля письмо У. Черчилля, содержавшее предупреждение об интенсивной подготовке Германии к нападению на СССР.

В феврале 1941 года Генеральный штаб разработал последний вариант мобилизационного плана, получивший наименование МП-41. По нему в случае войны намечалось развернуть 8 фронтов, 29 армий, 15 округов, 62 стрелковых и 29 механизированных корпусов, 196 стрелковых и горнострелковых и 13 кавалерийских дивизий, 8 авиационных и 5 воздушно-десантных корпусов, 94 корпусных артиллерийских полка, 74 артиллерийских полка резерва Главного командования. После утверждения плана Жуков в марте направил в округа директивы с разъяснением порядка разработки и обеспечения плана мобилизации. Срок отработки планов на местах он установил до 1 мая, а затем перенес на 20 июля. К сожалению, округа и войска до начала войны так и не сумели детально отработать весь комплекс стоявших перед ними задач.

К 11 марта 1941 года был подготовлен уточненный план стратегического развертывания Вооруженных Сил на Западе и Востоке.[177] По оценке Генштаба, Германия имела развернутыми 225 пехотных, 20 танковых и 15 моторизованных дивизий, 20 тысяч полевых орудий, 10 тысяч танков и до 15 тысяч самолетов. Из этого числа у границ СССР были сосредоточены 76 дивизий, в том числе 6 танковых и 7 моторизованных, а в Румынии и Болгарии — около 35 дивизий. При условии окончания войны с Англией предполагалось, что Германия направит против СССР до 200 дивизий, из них до 165 пехотных, 20 танковых и 15 моторизованных. Всего с учетом войск Финляндии, Румынии и Венгрии могло быть развернуто на западных границах 268 дивизий, 20 050 орудий, 10 810 танков и 11 600 самолетов. На Востоке Япония вместе с Маньчжоу-Го может выставить до 60 пехотных дивизий, 1 кавалерийскую дивизию, 27 смешанных и 6 кавалерийских бригад, 1200 танков и танкеток, 850 тяжелых орудий, 3000 самолетов.

Но опять-таки, как и ранее в плане стратегического развертывания от 18 сентября 1940 года, отмечалось, что Генштаб не имеет документальных данных об оперативных планах вероятных противников. Поэтому были высказаны во многом уже устоявшиеся предположения: «Германия вероятнее всего развернет свои главные силы на юго-востоке от Седлец до Венгрии с тем, чтобы ударом на Бердичев, Киев захватить Украину. Этот удар, по-видимому, будет сопровождаться вспомогательным ударом на севере из Восточной Пруссии на Двинск и Ригу или концентрическими ударами со стороны Сувалки и Бреста на Волковыск — Барановичи. Не исключалась возможность выступления Финляндии на северо-западе, румынской армии — на юге. Ожидалось, что Германия развернет: к северу от нижнего течения реки Западный Буг до Балтийского моря — 30–40 пехотных, 3–5 танковых, 2–4 моторизованные дивизии, до 3570 орудий и до 2000 танков; к югу от реки Западный Буг до границы с Венгрией — до 110 пехотных, 14 танковых, 10 моторизованных дивизий, до 11,5 тысячи орудий, 7,5 тысячи танков и большую часть своей авиации. Одновременно допускалась вероятность сосредоточения главных сил германской армии в Восточной Пруссии и на варшавском направлении, чтобы через Литву нанести и развернуть главный удар в направлении на Ригу или на Ковно, Двинск. Кроме того, предусматривались вспомогательные концентрические удары со стороны Ломжа и Брест с последующим их развитием в направлении Барановичи, Минск.

Стратегическое развертывание Вооруженных Сил предлагалось проводить с учетом вероятности ведения военных действий на два фронта. Основные силы предусматривалось развернуть на Западе и финском фронте: 171 стрелковую, 27 мотострелковых, 54 танковых и 7 кавалерийских дивизий, 2 отдельные стрелковые бригады, 253 авиационных полка. Отмечалось, что „развертывание главных сил Красной Армии на Западе с группировкой главных сил против Восточной Пруссии и на варшавском направлении вызывает серьезные опасения в том, что борьба на этом фронте может привести к затяжным боям“.

Нужно было обладать особым упорством, чтобы убедить Сталина призвать в строй приписной состав стрелковых дивизий, которые необходимо было доукомплектовать по нормам военного времени. С просьбой разрешить призыв Тимошенко и Жуков обратились к Сталину в середине марта. „Сначала наша просьба была отклонена, — вспоминал Жуков. — Нам было сказано, что призыв приписного состава запаса в таких размерах может дать повод немцам спровоцировать войну. Однако в конце марта было решено призвать пятьсот тысяч солдат и сержантов и направить их в приграничные военные округа для доукомплектования, с тем чтобы довести численность стрелковых дивизий хотя бы до 8 тысяч человек“.[178] Несколькими днями позже Сталин разрешил призвать из приписного состава еще 300 тысяч человек — специалистов для укрепрайонов, артиллерии, инженерных войск, войск связи, противовоздушной обороны и службы тыла военно-воздушных сил.

В марте 1941 года Генеральный штаб закончил разработку мобилизационного плана для промышленности по производству военной продукции на случай войны. Жуков вместе со своим заместителем В.Д.Соколовским представил его председателю Комитета обороны при СНК СССР К.Е.Ворошилову. Время шло, а решения не принимались, и тогда Жуков был вынужден доложить лично Сталину об отсутствии промышленного мобилизационного плана. Проект плана было поручено рассмотреть Н.А.Вознесенскому, группе руководителей наркоматов и Госплана, но время все равно оказалось упущенным.