Салтыков привстал и покачал головой.

Правитель ухмыльнулся и, вздохнув, посмотрел на строгого мужика в оранжевом. Он сидел хмурый, опустив глаза в стол.

– А это товарищ Щедрин.

Кирилл непроизвольно хмыкнул. Правитель нахмурился:

– Вы что-то сказали?!

– Да нет, ничего, просто как-то получилось, что Вы разбили фамилию.

– А-а-а, Вы об этом! Да, я специально разделил.

Только сейчас Лучинский заметил огромное сходство у этих вот сиамских близнецов знаменитой фамилии. Это были словно два брата. Очень похожие друг на друга люди. Салтыков-Щедрин был как будто одной личностью, только вот разделившейся физически и телесно.

«Господи!!! Бобчинский-Добчинский. Да он кто такой, этот пижон? Он почему так позволяет себе поступать? Он что, думает, что он Бог?!!!» – дерзко подумал Кирилл.

Лакеи принесли минералку в стаканах. Кирилл выпил почти всё и облизнулся. Галстук давил горло, и вообще он чувствовал себя в этом парадном костюме как-то неуютно, словно в рыцарских латах.

Правитель посмотрел на Кирилла зло и буркнул:

– Ну, Вы готовы знать, что же мы от Вас хотим?

Кирилл развёл руками и выдохнул:

– Так я хочу с первой вот секунды, как попал к вам… – голос его слегка дрогнул.

– Ну вот, наши идеи и желания и сошлись, – Правитель кивнул головой Бунину.

Первый зам положил перед собой какую-то тёмно-пурпурную папку. Открыв её, он посмотрел в листок, что лежал в ней, и тихо спросил:

– Вы верите сами в своё бессмертие?

– Я?! – Кирилл пожал плечами. – Ну… теперь да… хотя, конечно, всё с ваших слов… борода-то у меня растёт. А значит, клетки как-никак развиваются или стареют.

– Это всё изучается, – Правитель стал хмурым, он сверкнул недобро глазами. – Но, заметьте, Вы бреетесь гораздо реже, чем там, в прошлой жизни!

– Ну, вроде так… – Кирилл вновь пожал плечами.

– Кирилл, мы хотим на уровне государственной власти, чтобы Вы помогли нам. Вы – и никто другой!

– А как я вам помогу?! Отдам свою печень?! – он грустно улыбнулся и тут же понял, что разговаривает слишком дерзко, словно перед ним ровня. – Так вы можете и не спрашивать… разрешения.

Но Правитель не разозлился, более того, он добродушно улыбнулся и, посмотрев сначала на Бунина (тот молча кивнул головой ему в ответ), затем на этих сиамских близнецов – Салтыкова и Щедрина, миролюбиво сказал:

– Нет, мы не хотим пускать Вас на органы и куски. Это не выгодно, да и никакого толка не будет. До Вас было семь похожих людей. Семь людей с похожими симптомами. Но все они проспали… не больше двадцати, ну, максимум тридцати лет. А Вы почти девяносто!

Кирилл понял, что пора открывать карты и заявить о себе как о человеке, которому в принципе всё равно. И нечего тут рассусоливать с этими разодетыми, как клоуны, режиссёрами-постановщиками исторического театра абсурда.

Лучинский хмыкнул и отмахнулся:

– И что? Я не хочу лекции про это. Мне всё равно. Я хочу знать, что вы всё-таки от меня хотите. Простите за грубость, – Кирилл перешёл в наступление.

Но скандала не получилось. Обстановка не накалилась. Нет, ничего не произошло. Сначала повисло молчание, Кириллу даже показалось, что его собеседники даже не знают, как себя вести в этой ситуации. И тут подал голос один из мужиков в оранжевом. Это был то ли Салтыков, то ли Щедрин. Кирилл не понял, он в них запутался.

– Что обычно хочет народ? – спросил мужик в оранжевом.

Кирилл посмотрел на него, как на сумасшедшего. Покачал головой и, вздохнув, пробурчал:

– Ну да, как же я мог забыть?! Хлеба и зрелищ…

– Ну, это да. Но всё-таки?

– А что ещё – не знаю, – задумался Кирилл.

Тут вступил в разговор второй мужик в оранжевом, то ли Салтыков, то ли Щедрин:

– Понимаете, Кирилл, русский народ постоянно недоволен властью. Он хочет её смены! Он хочет её кончины. Он устает от неё! Он постоянно, мать его, … хочет перемен! просто вот даже хлебом не корми… Да, о хлебе. Тем более, когда его нет, и всё не так идет, как ему кажется.

– Ну и что далее? Я не понимаю? – Кирилл вновь вздохнул.

– Что нужно сделать, когда приходит новая власть?! А?! – мужик в оранжевом как-то неестественно склонил свою рожу и прищурился.

Кирилл надул губы:

– Не знаю…

Тут подал голос Бунин, тот был краток, будто топором рубанул:

– Нужно создать новую элиту.

И вновь мужик в оранжевом:

– Потому как старая либо умерла, либо уничтожена. Так ведь?!

Кирилл немного смутился от этой атаки в четыре ствола. Он посмотрел то на одного в оранжевом, то на второго: