Я люблю своего мужа, и спокойствие объятий Романа на одну ночь ничего не изменит. К тому же нечестно так обойтись с Романом, после всего того, что он сделал для меня.

— Не хочу задерживать тебя, — в конце концов сказала я. — У тебя тут есть друзья, к которым ты должен вернуться, — я не планировала, чтобы это звучало так печально.

— Джерри, видимо, также друг твоего мужа.

— Майкл умеет быть очаровательным, когда хочет. У него мало недоброжелателей.

Странное выражение промелькнуло на его лице, он сжал губы и нахмурился. Казалось, он собирался сказать что-то, но не стал.

— Не будешь против, если я присоединюсь к тебе? — неожиданно спросил он, достав телефон и двигая пальцем по экрану.

Его вопрос застал меня врасплох, и мне понадобилась минута, чтобы заставить себя ответить.

— Но твои друзья…

— Я только что написал Джерри, — объяснил он, показывая мне экран телефона. Затем он улыбнулся, положил его на стол и откинулся на спинку стула. — Кажется, ты застряла тут со мной.

Не так я себе это представляла, но я знала, что он дразнит меня. Я улыбнулась ему в ответ и наклонилась вперед.

— Я ведь могла подумать о чем-нибудь неправильном.

Его взгляд быстро прошелся по моему лицу, после чего он отвел глаза в сторону. Всякий раз, как он смотрел на меня, я чувствовала, словно он видит кого-то, кого не существует — женщину, которой есть что предложить. Я чувствовала, что он видит женщину, которой я хотела стать, и мне это нравилось.

Раскрыв наши меню, мы сделали выбор. Когда я оценила множество возможностей, открывающихся передо мной, то почувствовала себя счастливой. Для меня все вокруг изменилось. Я чувствовала себя лучше и выглядела лучше. Роман уже так много сделал для меня, а мы еще только начали.

— Саманта? — раздался голос Романа с другой стороны стола, и по моим рукам побежали мурашки.

Когда я подняла взгляд, Роман все еще смотрел в меню, заставляя меня размышлять, действительно ли я слышала, как он позвал меня по имени. Затем наши взгляды встретились.

— Я, — он сказал просто одно слово. Его голос звучал глухо и серьезно, так, будто он делал важное сообщение. — У тебя есть я. Как друг.

На следующий день, когда Саманта пришла ко мне в кабинет, она выглядела совершенно иначе. Дело было не в новой прическе, или в том, как свет отражался от ее светлых прядей, или легком макияже, который она нанесла, а в том, как она вела себя.

Плечи не так сильно напряжены. Осанка стала прямее — она высоко держала голову и вся сияла. Ее улыбка могла посоперничать с лучами солнца, проникающими в окно моего кабинета; я снова понял, что внимательно смотрю на нее и заворожен тем, насколько она красива. Казалось, Саманта начала осознавать свою красоту и та расцветает прямо на моих глазах.

Я быстро начал копаться в документах на столе и кашлянул. Делал все что мог, чтобы не смотреть на нее.

— У меня не было возможности спросить тебя вчера во время обеда, понравилось ли тебе в спа-салоне? — спросил я. Затем я вспомнил весь наш разговор про спа-салон и почувствовал, что краснею, а со мной такое случается крайней редко.

Она хихикнула, и ее смех бальзамом пролился на мое смущение и неудачный в целом день. Напряжение, вызванное большим количеством пациентов, начало отпускать, и я впервые за весь день нормально задышал. Вместо того чтобы подтвердить, что мы уже обсуждали спа, она ответила на мой вопрос.

— Очень даже. Я даже не подозревала, насколько сильно мне необходимо было расслабиться. Спасибо.

Мы оба улыбнулись. Я почувствовал себя глупо, когда понял, как широко улыбаюсь.

— Всегда пожалуйста.

Если раньше я думал, что она красива, то сейчас, с улыбкой на лице, она восхитительна. Ее глаза сверкают, когда она смотрит на меня, и в какую-то долю секунды у меня сбилось дыхание.

Я отвернулся и сел за стол.

— Так мы переходим к этапу номер три? — спросил я.

Она снова захихикала.

— Подожди. Теперь это этапы? — она провела рукой по длинным волосам, словно знала, что это привлекает мое внимание. Именно тогда я заметил, что ее ногти покрыты нежно-розовым лаком. В моем мозгу незамедлительно появился образ этих розовых ноготков на моей коже, но я отогнал его. — Что это, проект «Саманта»? — спросила она.

Красивое имя для сногсшибательной женщины. Я наслаждался тем, что мы обращаемся друг к другу по имени. Благодаря этому, личное общение с ней было менее напряженным. Проникнуть человеку в душу и узнать, чем же он живет — очень личное дело.

— Нет. Совершенно точно это не проект «Саманта», — я не удержался и усмехнулся. — Скажем, это просто другой метод исцеления. Метод, который, возможно, поможет лучше, чем все то, что я делаю своим скальпелем.

— Тогда ладно. Будем продолжать исцеление, — поддразнила она.