Но что-то тяжелое сдавливало грудь. Пока я лежал и пытался осознать, что не так с этой идеальной ситуацией, я понял, что меня начала душить вина. Ненавижу саму мысль, что такое ужасное чувство переплетается с удивительными ощущениями, которые я испытываю рядом с Самантой. Но как бы сильно я ни старался подавить его, оно так и осталось запертым в моей груди.

Повернувшись на бок, я всмотрелся в ее лицо — порозовевшие щеки и припухшие от поцелуев губы. Она красивая и моя, пусть только на эти выходные. Протянув руку, я пригладил ее волосы, убрав пряди с лица, а затем нагнулся и нежно поцеловал.

— Я люблю тебя, Саманта, — прошептал я возле ее лица, зная, что она не услышит меня, пока спит.

Это лучший способ. Мне хотелось признаться ей в любви сразу же, как только понял, что влюблен, но мое признание ни к чему не привело бы. А таким образом, я, по крайней мере, признался ей, не причиняя вреда.

Она пошевелилась, сделала глубокий вдох, а затем медленно открыла глаза, и я утонул в их глубине.

— Доброе утро, — сказала она слабым после сна голосом.

— Оно действительно доброе, — улыбнулся я ей.

И оно, правда, доброе. Лучшее утро, которое у меня когда-либо было.

Весь день мы провели вместе. Сначала занимались любовью в душе, а затем осматривали город. Пообедали в романтическом кафе и постоянно держались за руки, как влюбленные подростки. Это именно то, чего я хотел, и даже больше, но несмотря ни на что, я испытывал чувство вины, зная, что ее муж дома, пока я занят тем, что растворяюсь в Саманте и ее теле.

Когда пришло время собираться на конференцию, которую мне нужно посетить, я проводил Саманту к ее номеру и поцеловал. И с трудом дождался, когда смогу вернуться в ее номер снова.

Находиться вдали от нее, даже в течение часа, пока она собиралась, было чересчур для меня. Особенно осознавая, что с наступлением завтрашнего утра наше интимное уединение закончится, и мы вернемся в Майами к нашим обычным жизням.

Держа в руке красную розу, я подошел к номеру Саманты, чтобы забрать ее. Постучав в дверь, я подождал, затем услышал щелчок и дверь открылась. И тогда я увидел ее. Улыбаясь, она стояла передо мной и выглядела как самое красивое создание в мире.

Ее изумительное тело обтянуто черным шелком, который каскадом спадает вниз и свободно струится вокруг ног. Плечи обнажены, и только длинные бриллиантовые серьги касаются основания шеи. Волосы она уложила в высокую прическу, но несколько непослушных локонов выбились из нее, и свободно обрамляют ее идеальное личико. Она красивая. Гораздо красивее, чем просто красивая.

Притянув Саманту в свои объятия, я крепко ее поцеловал. Она со смешком оттолкнула меня.

— Ты съешь мою помаду, Роман, — пожурила меня она, тыкая пальчиком туда, где на моих губах размазалась ее помада.

Она протянула руку и провела пальцем по моим губам, стирая яркую краску, которую я украл, целуя ее.

— Я собираюсь съесть не только помаду, когда мы вернемся, — пообещал я. Она мило покраснела, словно это не мы провели предыдущую ночь в объятиях друг друга. Предложив ей руку, я задрожал, когда она взяла меня под локоть.

Когда мы дошли до места, где должна проходить конференция, она застыла у двери, не решаясь войти. Двери открылись, и перед нашими глазами предстала комната, полная гламурно одетых людей.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил я, поворачиваясь к ней.

Ее трясло, румянец сошел со щек и они стали белее мела. Такой Саманту я еще не видел.

— Прости, что меня трясет. Я всегда нервничаю перед подобными мероприятиями. Я не такая, как все те леди там, в зале, Роман. Я недостаточно уверена в себе, чтобы пройти через весь этот зал, задрав нос.

Притянув Саманту к себе, я потерся носом о ее щеку и вдохнул ее запах.

— Ты совершенно не похожа на всех этих женщин, и именно это мне нравится в тебе больше всего. Будь уверена в себе такая, какая ты есть, — я наклонился и обхватил ее лицо ладонями. — Уверенность вовсе не означает, что нужно войти в комнату, задрав нос. Уверенность, это когда ты входишь в комнату и не сравниваешь себя с окружающими людьми. Не надо сравнивать себя с этими людьми, Саманта, потому что им с тобой не сравниться.

Она сделала глубокий вдох и улыбнулась, сжав мою руку.

— Откуда ты знаешь, что сказать в нужный момент?

— Все просто. Я знаю тебя, Саманта, — я посмотрел на нее, изучая мелькающие на ее лице эмоции.

— Мне нравится, что ты знаешь меня, Роман. Мне нравишься... — она осеклась и отвела взгляд. — Мне нравится это больше, чем ты даже можешь себе представить.

В этот момент мне хотелось рассказать ей, как сильно я люблю ее. Это был идеальный момент. Момент, которого я ждал, но слова застряли в горле. Мое признание не изменит ничего, кроме того, что оно будет довлеть над нами, и мы лишний раз будем нервничать.