ВИКТОР. Там, там, там, там, там — везде.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. И там нету.

ВИКТОР (смотрит на Сергея). Броня в сорок три пальца… (Людмиле Ивановне, ласково). Людмила Ивановна, проснитесь. Я не про деньги уже говорю.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. А про что?

ВИКТОР (морщит лоб, как будто у него болит голова). Про товары народного потребления, дорогая.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Про…

ВИКТОР. Да, да, да. Про золотые изделия, про технику там японскую или корейскую, про меха. Есть такое?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. У нас?

ВИКТОР. У вас, у вас… Есть?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Нету.

ВИКТОР. Малоимущие что-ли? Или алкаши?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. У нас было. И обручальные кольца у обоих и серьги у меня с камнем. Цепочка даже была. А потом Ромка начал… Заболел когда — и все.

ВИКТОР. О-е-е-е-ей, как грустно. Прям слезы брызжут, теть Люда. Нет повести печальнее на свете, чем повесть о… менуэте в туалете. (Смеётся.)

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Что?

ВИКТОР (резко). Я говорю, ты расписки видела, мать?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Видела… Да.

ВИКТОР. Плати, значит!

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ну я же сказала, у нас…

ВИКТОР. Кончай стонать, а? С тобою по-хорошему говоришь, а ты уперлась, бля, как осел. Мальчика что ли надыбала?! Мальчика, а, тетка?!

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Извините… если я вас обидела… чем-то.

ВИКТОР. Все… Пойдем, лучше посмотрим, что у тебя есть. (Пошел в комнату. Наташа за ним).

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА (Сергею). Сыночек, родненький, ты скажи ему, другу своему, что нету у нас ничего. Мы ему потом вернем. С процентами вернем. А сейчас уйти вам надо. У нас папку нашего парализовало недавно. Ромку милиция с наркотиками поймала и к нам пришли, искали. А папке нашему плохо стало. Оскорбили они его. У него инсульт был. Парализовало его. Ты скажи ему, сыночек…

СЕРГЕЙ. У вас попить можно?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. На кухне есть, кипяченая, в чайнике. Только ты скажи ему, а мы — потом вернем. Ты же хороший. (Держит его за рукав). Скажи, ладно. Попроси его.

СЕРГЕЙ. Скажу. (Идет на кухню).

ВИКТОР. (в комнате, озирается). О-хо-хо-хо-хо. Россия, Россия. Вечная проблема: дороги, жулики и нищета. (Громко). Да, Батя?

Батя? Шоколадную конфету хочешь? «Белочку»? (Смеется).

А девочку? Целочку, батя. (Ржет. Наташа тоже).

Эй? Ты че, слепо-глухо-немой патент?

ПЁТР ПЕТРОВИЧ (крепко вцепился в подлокотники кресла). Что вам от меня надо?

ВИКТОР. Взаимности… Курить будешь?

ПЁТР ПЕТРОВИЧ. Я не курю.

ВИКТОР. А я курю. (Достал сигарету, зажигалку, закурил). Ты чего, на самом деле не ходишь? Или притворяешься, чтоб на работу не ходить? Может, проверить? (Крутнул колесико зажигалки). Шучу. Деньги у вас где лежат?

ПЁТР ПЕТРОВИЧ. У жены все.

ВИКТОР. А у тебя нет?

ПЁТР ПЕТРОВИЧ. Не держу.

ВИКТОР. У-у-у, как. (Встает, смотрит на Наташу, делает вопросительный жест головой). Ну че?

НАТАША. Телик-дрянь, не сдать. Посуда тоже ни о чем.

ВИКТОР. Слышишь, батя? В нищете вы, оказывается, живете.