Шрифт:
«Вот-вот, — подхватывал Буба. — Такой ник, чтобы его не узнали. Вурдалак, например».
Юджин спрашивал: «А что не так с этим Хичем?»
И ему отвечали:
«Ты что, не видел его?»
«Ты, видно, не из нашего класса?»
«А может быть, ты сам — Хич?»
Юджин откликался на последнюю реплику:
«Вот сказал!» И дальше целая строчка смайликов.
Но больше народ про домашние задания писал, про лицей, а кому-то ещё родители ни рукой, ни ногой двинуть не дают без того, чтобы твоё движение не откомментировать. Еле удаётся чуть-чуть посидеть на форуме.
У Майракпак, видно, с родителями было нормально, но она переживала за других, советовала: «А ты постарайся найти, отчего тебе хорошо. Когда ты с друзьями, или когда делаешь что-то сам…»
«Как же, дадут они тебе что-то делать, — думал Мишка. — Это уже — у кого какие родители». Он вспоминал отца, вспоминал, как Владьку, не понимавшего ничего, грудного, упрашивал: «Тихо, тихо, засни, а то папа кричать будет!» — и так спокойно, уютно ему становилось: «Бывает же, что всё у тебя хорошо».
«А про отца я потом как-нибудь всё обдумаю», — сказал он себе. Его теперь всё меньше тревожило то, что отец, самый лучший и самый умный на свете, так низко ценил его, старшего сына.
Мишка всё меньше и меньше о прошлом думал, жизнь разворачивалась к нему новой стороной. Раньше он иногда представлял, как сделает что-нибудь, что будет нужным для всех. Но это для него просто мечты были — вроде как про волшебную палочку или что когда-нибудь в самом деле полетишь в космос и откроешь инопланетян. А теперь он не понимал, как это могло произойти — на форуме появлялось всё больше и больше пользователей. Скольким же его форум стал нужен! Было похоже, как маленьким строишь дом, целый замок, и у тебя там всё по-настоящему. В самом деле, сколько форумов в Интернете. Но сюда не было хода Енцову с его «Договаривались же не учить алгебру». И тем, кто бил его, поселковым, тоже сюда не было хода, никак не могли бы возникнуть они на лицейском сайте — с какой это стати? Про что бы они могли здесь писать?
Мишка заметил, что самые неожиданные сообщения приходят от Майракпак, она всякий раз подкидывает дровишек в костёр общего разговора. Мишка думал: «Вот что значит учиться в лицее!» Она ничуть не боялась, что её назовут заучем. Например, она предложила: «Давайте писать о любимых книгах. Я прочитала книгу «Повелитель мух». Но её нельзя назвать любимой, она очень страшная».
Тут же Алая Роза спрашивала: «Такая же, как «Заводной апельсин»?»
И Майракпак отвечала:
«Да, примерно».
«Я прочитал «Колобок», — отчитывался Биба, а Буба сообщал: «Я чуть не прочитал «Научные аспекты полового просвещения школьников». Родители отобрали». Дальше опять началось про родителей. Леди Ночь писала, что её папа думает, что она ещё в детском саду, и до сих пор дарит игрушки, спасибо, что в пелёнки её не заворачивают, а Биба по этому поводу писал: «А мой зато уехал на стройку в Москву, а мамка и так целый день не дома!» Мишка увлёкся чтением и тоже написал машинально: «А мой папа и вообще умер» — точно похвастался, но потом стёр своё сообщение и написал другое, администраторское: «Просьба не засорять тему, здесь говорим про книги».
Алая Роза одновременно с ним написала: «Я прочитала «Марсианские хроники» и всем советую».
Пользователь Юджин, который, наверно, был из другого класса, писал: «Я, может, сам писателем стану. Как вам моё стихотворение?»
Вы входите — я замерзаю. У вас в глазах — ворота рая. А ваши доброта и шарм Меня кидают сразу в жар!«В жарм», — поправлял Биба. — «Шарм — в жарм».
Центурион, тоже из какого-то параллельного, тут же влезал: «Не, лучше — «шар — жар». Получится: «А ваша доброта и шар меня кидают сразу в жар»!»
Но другим, вроде, и так нравилось. Юджину писали:
«Ну, ты даёшь, поэт!»
«Пушкин!»
«Ещё пиши!»
Спрашивали:
«А что мёрзнешь-то?»
«А почему ты её — на «вы»?»
Майракпак писала, что на «вы» — это так принято было в классических стихах про любовь.
Мишка не читал стихов про любовь. А некоторые книги из тех, что называла Майракпак, он уже прочёл, сам или мама читала ему в детстве… Да и не только поэтому, он сам не мог бы сказать, почему, он думал, что они с ней похожи и могли бы не только на форуме друзьями быть. Он мог бы брать Майракпак за руку…
Но как понять, кто это?
А может, она в паралельном? Может, с Юджином учится? Или вообще старшеклассница? Он напряжённо оглядывал свой класс — а ему улыбались, на него смотрели совсем не так, как ещё месяц назад. И он не уставал удивляться, какие интересные ребята учатся с ним. И он, оказывается, мог быть таким как они. И «Повелителя мух» он нашёл в кухне, в куче отцовских старых учебников, и написал счастливо на форуме: «У меня тоже есть!».
И другие книги, о которых писал кто-то на форуме, случалось, дожидались его, притаившись в конце книжной полки. Он перестал делать задачи, которые в лицее не задавали — ему не было нужды прятаться в них. А в книги он погружался, чтобы с кем-нибудь там внутри познакомиться и узнать чью-то историю, а когда он выныривал, он сразу писал на форуме: