Архимагистр Ланнель Тринир проснулся раньше других и, надев свой самый красивый эльфийский наряд и даже прицепив на пояс кинжал и длинный прямой меч в ножнах обтянутых зелёной кожей, украшенных золотыми гравированными накладками, в золотистом полумраке принялся обходить ущелье по периметру. Яки спали в своём просторном гроте, где маг рассмотрел две стойла для каких-то верховых и вьючных животных, их было около двух сотен. С вечера он не обратил внимания на то, что у противоположной стены стоят на некотором отдалении пять больших обелисков куполообразной формы с одной плоской стеной обращённой к портику храма. Он беззвучно прошептал магическое заклинание вызова прохода и каменная плита одного из обелисков голубовато заискрилась. Маг усмехнулся, это был классический эльфийский сарнасельм мгновенного перемещения, вот только неясно, где были расположены сарнасельмы выхода. Впрочем, где находился один сарнасельм он точно знал, так как сам установил его на острове в Тихом океане. К Ланнелю неслышной походкой подошел Исигава, одетый в белое нарядное кимоно, и тихо спросил:

– Считаешь, что нам есть смысл отправить наших яков на остров?

– Да.
– Так же тихо ответил маг - Здесь они будут только мешать нам, а там им будет раздолье.
– Посмотрев на своего друга, он улыбнулся и сказал - Не волнуйся, мы заберём их с собой. Маг на лошади выглядит нелепо, зато если ты въедешь в какой-нибудь город на таком рогатом звере, уже никто не посмеет над ним смеяться и выяснять, кто из вас двоих маг, особенно если заковать их рога и копыта в сталь.

Исигава, которому давно уже хотелось попробовать что это такое, мгновенное перемещение через камень, активировал ещё один сарнасельм, сделал запрос и через минуту в камне открылась дверь ведущая прямо в джунгли. Он шагнул в неё, осмотрелся, на острове всё было спокойно, вернулся, немедленно разбудил яков и призвал их к себе, через пять минут они уже осматривали остров. Талионон, который вышел из палатки в праздничном рейнджерском одеянии, поинтересовался озабоченным тоном:

– А ты не думаешь, что пока мы будем тот заниматься своими делами, эти рогатые тигры съедят на острове всю живность?

Исигава отрицательно помотал головой и сказал:

– Они ведь не идиоты, Тал, да, к тому же они сыты и потому максимум, что сделают, так это пощиплют травки.

Получив вполне исчерпывающий ответ на этот вопрос, Талионон немедленно задал Ланнелю другой:

– Мастер, а как ты собираешься забрать зверояков на Ожерелье? В твой большой фаер они точно не поместятся не говоря уже о малом, да, к тому же ты вроде бы собирался оставить его нам на случай экстренной эвакуации.

Архимагистр притворно сморщился, словно у него заболели разом все зубы, огорчённо поцокал языком и сказал суровым тоном:

– Да, мальчик мой, тебя нужно ещё гонять и гонять.
– После чего уже вполне нормальным тоном объяснил - Тал, ты забыл о том, что у всякого фаера есть ещё и магический трюм, в который можно много чего поместить уменьшив всё в размерах в десять раз. Когда мы найдём на Земле дом для принцессы Иримиэль, нам всем придётся поработать носильщиками. Я ведь готовился к этому не один месяц и даже не один год, а потом я уменьшу этих твоих зверояков в десять раз, они ведь существа магические и с ними можно проделывать и не такие штуки, и мы загоним их в трюм. Меня давно уже подмывало привезти откуда-нибудь подходящее магу моего ранга верховое животное, вот я и исполню свою угрозу.

– Угрозу?
– Удивлённо спросил Талион.

– Да, именно угрозу, мой мальчик.
– Подтвердил маг - Один мой родственничек, король кстати, большой любитель лошадей, которые меня почему-то терпеть не могут, как-то раз очень неостроумно пошутил на этот счёт и я пригрозил ему, что как-нибудь обзаведусь таким скакуном, который любого его жеребца в три минуты слопает. Ну, не думаю, что моему Ангулоку удастся съесть его любимого Талиона за три минуты, но со своей подругой Туилиндо часа за два они с ним управятся. Ещё вопросы будут? Нет? Ну, тогда пошли к столу, что-то я сегодня жутко проголодался.

Известие о том, что обратный путь не займёт и пяти минут, всех очень обрадовало. Вилваринэ, которой уже надоело мучиться готовя еду на двух фыркающих, как драконы, бензиновых примусах, тотчас велела святым отцам перетаскать все лишние тюки на остров и вместе с Саори и Иримиэль немедленно отправилась туда же готовить завтрак. Накрывала на стол, однако, она почему-то в ущелье. После завтрака нарядно одетые и торжественные они подошли к входу в подземный храм. Ланнель тщательно исследовал золотой занавес и лишь убедившись в том, что эта мощная древняя магия не причинит никому вреда, шагнул вперёд, в вслед за ним вошли в широкий длинный коридор и все остальные. В конце коридора, на каменных стенах, потолке и полу которого также не было никаких изображений, ярко светился второй занавес, но на этот раз уже голубой.

Он оказался не опаснее первого, хотя его магия была чуть ли не на три порядка мощнее. Похоже, что далеко не каждый человек мог не то что войти в подземный храм сердца Земли, но даже спуститься в ущелье и, возможно, подняться на плато. Маги Эльдамира и Земли сделали это легко, можно сказать играючи, но вот смогли бы сюда войти эсесовцы из Ананербе, было большим вопросом, да, и буддистские монахи на этом плато, явно, никогда не были, но они сюда не очень-то и стремились. Отец Збигнев, который лучше других разбирался в истории, уже высказал предположение, что этот подземный храм дело рук жителей древней Атлантиды. Спорить с ним никто не стал, поскольку всё и так должно было вскоре выясниться, ведь Сэнди нёс в руках стопку пергамента, которого хватило бы на довольно толстый том формата in quarto.

Голубой занавес пропустил путников так же легко, как и золотистый и они вошли в круглый зал диаметром метров в сто двадцать с ярко голубым, светящимся куполом вместо потолка. В центре зала лежала круглая золотая или позолоченная плита толщиной сантиметров в пять и диаметром метра в три, из которой бил вверх мощный столб золотого, искрящегося голубым, света. В куполе было проделано такого же диаметра отверстие, окаймлённое золотым обручем, куда и уходил свет, но на плато никакого выходного отверстия не было, да, оно и было понятно, ведь вся эта гора со срезанной вершиной как раз и представляла из себя своеобразную излучающую антенну. В этом круглом зале также не было никаких скульптур, изображений и надписей, но маги ничуть не смутились и тотчас достали свои анголвеуро.