— Прекрасно, — откликнулся на рассказ девушки Никлин. — Если ты два-три года будешь жить в Бичхеде, мы сможем часто видеться.

Зинди резко остановилась.

— Но… Разве ты не улетаешь?

Джим не сразу понял, что она имеет в виду, потом весело рассмеялся.

— О Боже, нет, конечно! Ничто не заставит меня подвергнуть риску свою драгоценную задницу и отправиться путешествовать в никуда, особенно в обществе этого стада пустоголовых.

— Я не знала… Я думала ты и…

— Дани? Стерва В Черном? Та история ничем не кончилась, точнее, нельзя даже сказать, что она хотя бы началась.

— Голос у тебя, невеселый, Джим.

— Невеселый? Нет, мне не о чем печалиться. Ведь она вытащила меня из Оринджфилда, а это самое лучшее, что когда-либо происходило со мной. Я теперь совершенно другой человек.

— Вижу, — кратко откликнулась Зинди.

Она начала рассказывать о его знакомых — обитателях Оринджфилда, о том, что произошло в городке после его отъезда, но Джим слушал ее невнимательно. Его будоражила близость молодого и гибкого тела Зинди… Воистину Газообразное Позвоночное сегодня пребывало в отличнейшем настроении.

— Так вот он какой, космический корабль! — выдохнула Зинди. — Как красиво!

— Да, неплохо, — снисходительно согласился Никлин, скользя взглядом по сверкающей поверхности «Тары».

— А вот и Портал! Я просто сгораю от нетерпения, так хочется побыстрее взглянуть на звезды.

— О, ради них не стоит утруждать себя и переходить на бег. Ты не хочешь побывать внутри корабля?

— А это возможно? — Зинди в сильном возбуждении сжала Джиму руку.

— Разумеется!

Вновь ощутив жар тесно прижавшегося к нему молодого тела, Никлин спросил себя, осознает ли Зинди, что делает. Но после минутного раздумья решил, что Зинди прекрасно понимает, какое воздействие оказывают на здорового мужчину подобные прикосновения. Правда он в два раза старше, и это может создать определенные проблемы с пуританами Уайтами. Ничего, как-нибудь разберемся. При мысли, что, возможно, уже сегодня он переспит с этой золотоволосой женщиной-девочкой, в голове у Никлина застучало, кровь запульсировала по всему телу.

«Не следует торопить события. Пусть все идет своим чередом. Медленно, естественно и неизбежно».

— А можно зайти туда прямо сейчас? — нетерпеливо спросила Зинди.

— В любое время, когда ты захочешь…

Никлин умолк, заметив у центрального трапа машину с надписью ДКП. Рядом с машиной Скотт Хепворт разговаривал с троицей, весьма напоминающей комиссию Метаправительства. Хепворт оживленно жестикулировал и явно что-то доказывал. Вот он резко повернулся и двинулся вверх по трапу, остальные последовали за ним.

— Давай лучше подождем. Там сейчас многовато народу.

— Многовато? Даже для такого огромного корабля?

— Теперь, когда монтаж окончен, остался лишь один временный трап, тянущийся по всему кораблю. Кроме того, там, вероятно, сейчас не стесняются в выборе слов. Так что, побережем уши невинной девицы.

Зинди отступила в сторону, сдвинула на затылок шляпу и одарила Никлина восхитительной улыбкой:

— Кто сказал, что я невинна? Или тем более девица?

— Зинди, я сомневаюсь, что даже столь испорченная особа, как ты, готова выслушивать ругательства Скотта Хепворта.

— Почему бы и нет.

— Он слишком много пьет, он слишком много ест, он слишком много лжет, он проматывает деньги без счету, у него на уме одни лишь грязные мысли — одним еловом, он обладает всеми качествами, которыми должен обладать мой друг.

Зинди расхохоталась.

— Что тебе еще в нем нравится?

Воодушевленный ее реакцией и готовый хоть целый час кряду травить байки о Хепворте, Никлин начал описывать, как и почему физика вышвырнули из Университета Гарамонда.

— Любой идиот способен увидеть мир в песчинке, — заключил он свой рассказ, — но лишь Скотт Хепворт смог увидеть в куске металла иную Вселенную.

Зинди неожиданно посерьезнела.

— Так это именно он является вашим научным консультантом?

— У нас нет формальных должностей, но… да, можно сказать, что и так. В основном Скотт занимался двигателями.

На лице Зинди появилось насмешливое выражение, сделав ее еще больше похожей на того ребенка, которого знавал Никлин.

— Надеюсь, в двигателях он понимает больше, чем в физике.

— Что ты имеешь в виду?

— Джим, даже я знаю, что эксперимент с кобальтом-60 не доказывает, что Орбитсвиль стал частью антивселенной, где время течет вспять. Ты что-нибудь слышал о СРТ-теореме?

Никлин прищурился:

— О чем это?

— Значит, не слышал. Эта теорема утверждает, что если все принимает противоположное значение, то не существует способа обнаружить эту перемену. Она также утверждает, что твой друг напортачил в своем эксперименте.

— Но он клянется, что не допустил ошибок. Если верить его словам, он обнаружил неопровержимое доказательство Большого Скачка.

— О, Джим, это все бычий навоз!

Никлин улыбнулся, услышав любимое выражение Зинди. Он вспомнил о необычной для ее возраста способности верно схватывать самую суть вещей.