И он был один.

— Это позволило нам войти в дом Салы и все тщательно осмотреть, — сказал Реммерт. — Мы как бы выясняли личность Маккалафа, но на самом деле пытались найти улики против хозяина.

— Нашли что-нибудь? — Гаррод не отрывал глаз от экрана с изображением фасада дома.

— Ничего. Виновным оказывается Маккалаф.

— Не слишком ли это удобно? Большая удача — я говорю о его скоропостижной кончине.

Реммерт фыркнул.

— Если это удача, я, пожалуй, предпочту оставаться неудачником лет до ста.

— Вы прекрасно понимаете, что я имел в виду, Питер. Если Сала — убийца, то сложившееся положение ему на руку: человек, на которого он свалил вину, замолчал на следующее утро.

— Бен Сала не сваливал вину на Маккалафа — это делаю я. В любом случае мне не понятен ход ход ваших мыслей. Предположим, убийца — Бен Сала. Смерть жильца неминуемо привлечет к дому внимание полиции. Зачем ему это нужно? Кроме того, что бы ни говорил Побджой, Сала не убивал сенатора. Тому есть доказательства.

— Посмотрим их.

Реммерт громко вздохнул, но переключил проектор на быструю перемотку. Пейзажное окно, установленное в коттедже напротив дома Салы, позволило снять голофильм, охватывающий жизнь подозреваемого за весь предыдущий год. Полученная информация была занесена в ретардитовое устройство памяти, но, поскольку медленное стекло не позволяет возвращаться к старым кадрам, для практической работы использовался обычный голографический фильм.

На экране появилось изображение дома Салы, каким он был год назад, при установке пейзажного окна. Обычный двухэтажный дом с эркером на первом этаже, подпирающим небольшой балкон. Ухоженный палисадник. К основному строению примыкает гараж, его фасад — на одном уровне с домом. Заглянуть внутрь гаража можно только через окна в верхней части ворот.

Реммерт прокручивал фильм, время от времени останавливаясь, чтобы показать Гарроду, как Бен Сала и Маккалаф входят и выходят. Бен Сала оказался невысоким плотным мужчиной с черными кольцами волос вокруг блестевшей как начищеный ботинок лысины. Маккалаф был повыше и слегка сутулился. Серые волосы он зачесывал назад, открывая длинное унылое лицо. Комнату свою он покидал редко.

— Маккалаф не слишком похож на политического убийцу высокого ранга,

— заметил Гаррод. — Чего не скажешь о Сале.

Кроме внешности, нам нечего поставить ему в вину, — сказал Реммерт, останавливая кадр. Сала работал в саду. Рубаха натягивалась на тучном животе итальянца. — У него пикническое сложение.

— Какое?

— Пикническое. Пикниками называют тучных, низкорослых, коренастых мужчин, которые нередки среди психически неуравновешенных убийц. Но точно такое же сложение характерно для многих неи в чем не повинных людей.

Замелькали новые сцены, выхваченные из реки времени. Бен Сала и его жена, тоже темноволосая, ссорятся, едят, спят, читают, иногда занимаются грубой любовной игрой, в то время как меланхоличное лицо Маккалафа одиноко маячит у окон второго этажа. В одно и то же время Сала уезжал по делам и возвращался в белом пикапе последней модели. Наступила зима, пошел снег. Бен Сала стал ездить в потасканном грузовичке пятилетней давности.

Гаррод поднял руку, подавая знак остановить фильм.

— Разве дела Салы пришли в упадок?

— Вовсе нет. Он оказался умелым дельцом — для своего уровня, конечно.

— Вы спрашивали, почему он стал пользоваться старой машиной?

— Представьте, спросил, — сказал Реммерт. — При старых методах расследования такие факты оставались незамеченными, но во время просмотра ретардитовой записи они бросаются в глаза.

— Что он вам ответил?

— Бен Сала все равно собирался продавать свой пикап через полгода, но тут кто-то предложил ему хорошую цену. Он сказал, что просто не мог удержаться от удачной сделки.

— Вы спросили, сколько он получил за машину?

— Нет. Не счел существенным.

Гаррод сделал пометку в блокноте и попросил продолжать. Снег растаял, уступил место зелени весны, а та — ярким цветам лета. В первые дни осени на крыше гаража появился кусок синего брезента. Был он большим, во всю крышу, да еще над воротами свесился край, закрыв окна.

— Зачем это? — спросил Гаррод, останавливая кадр.

— Крыша протекла.

— По-моему, крыша была крепкой.

Реммерт вернулся немного назад. На кровле в нескольких местах открылась поврежденная черепица. Еще на пару дней в прошлое — крыша снова была исправной.

— Несколько неожиданно, вы не считаете? — спросил Гаррод.

— В начале сентября прошли ураганы. Бен Сала собирается строить новый гараж, поэтому не захотел основательно ремонтировать крышу.

— Все одно к одному, комар носа не подточит.

— Что вы имеете в виду?

— Пока не знаю. Взгляните, как небрежно болтается край брезента над фасадом гаража. А ведь в остальном хозяйство Салы в полном порядке.

— Может быть, так дождь не заливает ворота. — Реммерт начал проявлять нетерпение, видя, как Гаррод делает очередную пометку. — Да и что можно извлечь из этого наблюдения?