— Возможно, и ничего. Но если живешь с медленным стеклом столько, сколько я, оно меняет взгляд на вещи. — Гаррод внезапно осознал, что выражается напыщенно. — Извините, Питер. Есть еще что-нибудь интересное между этим моментом и ночью убийства?

— Я не нашел, но, может быть, вы…

— Давайте последнюю ночь, — сказал Гаррод.

Было темно, когда шит ворот поднялся и скользнул внутрь — так втягиваются самолетные закрылки. Фургон осторожно выехал из гаража, и ворота автоматически закрылись. Включились электронно-оптические усилители, изображение стало ярче. Реммерт остановил кадр: за рулем сидел Маккалаф. Он надвинул на лоб шляпу, но не узнать его длинное печальное лицо было невозможно.

— Дорожные мониторы зафиксировали его движение до северной границы города, — сказал Реммерт. — Теперь обратите внимание на гараж — брезент откинут, и можно заглянуть внутрь.

Он включил быструю перемотку, а когда цифровой индикатор в углу показал, что прошло полчаса, снова перевел проектор на нормальную скорость. Темные квадраты гаражных окон залил белый свет. За окнами двигался человек. Он был коренаст и черноволос — без сомнения, Бен Сала.

Пока хозяин наводил порядок в гараже, Реммерт нажал на кнопку, включая запись показаний подозреваемого:

— Ну, значит, к семи Мэт вернулся. Серый весь и руку левую все тер

— болела, что ли. Его, говорит, на сверхурочные попросили выйти. Так-то он все на аввтобусе ездил, у него проезд бесплатный, но тут у меня фургон попросил. Потому, сказал, устал очень, не хочу, сказал, пешком до автобуса. Ну, я ему дал машину, он и поехал. Часов одиннадцать было. Я потом еще в гараже поработал и спать лег. Слышал, он ночтю приехал, а когда — не знаю, на часы не смотрел. Наутро он, как всегда, на работу ушел, и больше я его живым не видел.

Реммерт выключил запись.

— Что скажете?

— Что вы скажете?

— Показание как показание. Я таких тысячу раз слышал.

Гаррод не сводил глаз с экрана, где изображение Салы все еще мелькало за окнами наража.

— Да, лн говорит не очень гладко, но все же…

— Все же?

— Бен Сала умудрился втиснуть в очень короткую речь колоссальный объем информации — все по существу, все логично, в продуманном порядке. В тысячах снятых вкми показаний, Питер, сколько было таких, которые не содержали ни одного лишнего слова?

— Тяжесть изобличающих улик растет, — едко сказал Реммерт. — Бен Сала понимает — его могут заподзорить в убийстве, вот он и выбирает слова. Мы опрашиваем множество люей, чей английский небезупречен, но они могут рассказать больше, чем профессор университета. Вы не замечали, что в сценах допроса в детективных фильмах какой-нибудь бандюга из трущоб всегда получает лучшие реплики? Талант сценариста раскрепощается, когда он может хоть на время наплевать на все эти «будьте любезны» и «с вашего позволения».

Гаррод подумал с минуту.

— А что, если…

Реммерт не слушал.

— Как-то в прошлом году я допрашивал одного парня. Он обвинялся в непредумышленном убийстве. Я спросил его, зачем он это сделал. Знаете, что он ответил? Он сказал: «Откроешь газету, а там молодые только и делают, чтто занимаются благотворительностью и безвозмездным трудом на пользу общества. Вот я и захотел показать им всем, какие среди нас есть выродки». Такого я и в кино не встречал.

— Послушайте, — сказал Гаррод, — велдь я смотрю этот фильм впервые, так?

— Так.

— Упрочится ли моя репутация в ваших глазах, если я предскажу кое-какие события, которые мы увидим на экране чуть позже?

— Смотря какие.

— Хорошо. — Гаррод показал на экран. — Обратите внимание, брезент на крыше гаража откинут, и через окна можно заглянуть внутрь. Так вот, я предсказываю, что после возвращения фургона край брезента снова опустится и закроет окна.

— И что из этого следует? Мы уже видели — Маккалаф уехал, а Бен Сала остался в гара… — Реммерт замолчал, наблюдая, как фургон подъезжает к гаражу. Радиосигнал открыл ворота, и машина исчезла в темной глубине. Когда ворота закрывались, какая-то деталь запорного механизма зацепила свободный край брезента и потянула его вниз. Край брезента упал и закрыл окна.

— Это было неплохо, — признался Реммерт.

— Мне тоже так кажется.

— Но такие догадки невозможны, если за ними не стоит теория. В чем она?

— Я вам отвечу, но сначала мне нужно выяснить еще одно обстоятельство, — сказал Гаррод. — Чтобы самому убедиться в справедливости этой теории.

— Что вы хотите узнать?

— Сколько Бен Сала получил за свой пикап.

— Пойдемте ко мне в кабинет, здесь нет терминала. — Реммерт посмотрел на Гаррода, не скрывая удивления, но от вопросов воздержался. Он сел за клавиатуру и сделал запрос — терминал был связан с центральным компьютером полицейского управления на другом конце города. Через секунду раздался писк, и Реммерт оторвал полоску с рулона фотопринтера.