– Ну, и как они?

– Да так себе. Сказать особо нечего. Я бы хотела встретить выросшего на дереве. Должен же быть такой. Не хочешь?

– Что?

– Вырасти на дереве?

– Это как?

– Ну, я запрограммирую завязь, и через сорок дней ты будешь готов. А этот материал уничтожим. Он всё равно скоро выйдет из строя.

– Какой материал?

– Вот этот. – Она указала пальцем не его тело.

Он молча глядел на неё. Сказать было нечего. Проговорил:

– Я подумаю.

Она сразу оживилась и радостно стала говорить ему о прелестях растительной жизни. Он слушал её и рассуждал: Может быть это ЛСД? Или пейот. Где же я успел набраться этой дряни? Но на вертолёте летел точно. А может я уже умер? Возможно ли это? Никто не знает, как выглядит смерть. Быть может, я её вижу. Возможно, эта красотка в комбинезоне и есть подруга с косой? О, Господи… Маразм, маразм, маразм…

– …И тогда мы начнём выращивать всё остальное, - щебетала она с полуулыбкой – После войны не останется ничего, а у нас будет всё.

Точно с косой, думал он. Я давно подозревал, что вещи, о которых мы ничего не знаем, выглядят совершенно не так, как мы думаем. Или всё-таки ЛСД? Ничего не понятно.

– Ты же знаешь, что происходит на Синайском полуострове, - радостно продолжала она. – Мой отец всё знал. От секвой. После этих событий начнётся война. Это будет где-то осенью. Ядерный удар такого масштаба переживут только секвойи, как самовозраждающиеся тактические единицы разума. Неужели ты не знаешь, что Конец Света произойдёт очень скоро, этой осенью.

– Нет, - сказал он. – Первый раз слышу.

– Ну, теперь ты всё знаешь, и право выбора за тобой.

Она стала глядеть на него зелёными глазами, обрамлёнными густым камышом ресниц. Он смотрел на неё. Сказал:

– Можно я дотронусь до тебя?

Она улыбнулась и протянула руку.

– Пожалуйста.

Он сжал её ладонь. Тёплая, мягкая кожа. Нет, не мертвец. Отпустил ладонь.

– Я не верю, что всё это может быть настоящим. – Обвёл рукой вокруг себя. – Я не верю, что я не сплю. Этого не может быть.

– Ты не спишь, - уверила она его. – Но и не бодрствуешь.

– Ага…

– Да, не удивляйся. Да не ты один, успокойся. Из людей почти никто не видит мир в его естественном виде. Почти никто.

– Да? А ты видишь?

– Я – да.

– Да? И почему же?

Она спокойно глядела на него. Проговорила:

– Я не такая, как все. Ты же уже знаешь. Я ребёнок природы. Я ребёнок естественной природы, хотя там и замешаны стволовые клетки. Но они, как ни крути, тоже часть природы. Естественной и самой настоящей, которую уже давно забыли.

– Да? Это новость для меня. Что я робот.

– Ты не робот, ты слепец. Но в этом нет твоей вины, ты рождён таким. Все люди таковы, это основа счастья, которого всё равно почти никто не достигает, а если и достигает, то на мгновение, не больше.

Он внимательно глядел на неё.

– А ты. Ты счастлива?

– Я счастлива. Но только потому, что не знаю, что такое счастье. Ты должен попытаться меня понять.

– У тебя нет желаний?

– Да, в общем-то, нет. Я вижу, ты понял меня. Но отсутствие желаний не гарантирует не желать их.

– Ты хочешь желать? И чего же?

– Я хочу испытывать то, что испытывал мой отец.

– Он убил себя из-за этих чувств. Ты это понимаешь?

– Конечно, поэтому и хочу понять его и понять себя.

– Зря ты лезешь в эти дебри. Некоторые люди всю жизнь убивают свои желания, но этого почти ни у кого не выходит. Ты хочешь совершить обратный процесс. Думаю у тебя те же шансы, что и у меня стать тобой.

– Но если ты поможешь мне, то всё возможно.

– Я? И каким же это образом?

– Если ты воспримешь меня, как часть себя, то я смогу понять, что такое чувства. Ведь я человек, как и ты. Но, очевидно, некоторые ощущения секвойям вырастить сложнее, чем японский джип.

– И как же это я смогу сделать?

– Подумай.

Олимп гламурных ведьм

— Шеф, у нас могут быть проблемы. Конкуренты повержены в шок нашей удачей, нашими доходами, нашим подходом к конъюнктуре рынка. Последней каплей для них стало использование наших моделей депутатами Государственной Думы и работниками МИД. Кроме того, уже поступили заявки из Кремля. Все директора подобных сервисных центров в данный момент собрались в офисе на Маросейке, который курируется бандитами из МВД, и ведут сепаратные переговоры. По моей информации, они считают, что мы планируем монополизировать использование нашего интеллектуального продукта и вытеснить проекты других фирм. Мы должны застраховаться. Патент и права на постоянное использование моделей получить невозможно, как вы понимаете.