— Ну, так на каком периоде твоей жизни я сейчас остановился?

— Ох, ум… — Это было лето, когда погибли мои родители, но я не хотела никому портить настроение. — Лето перед моим первым учебным годом в качестве новенькой в старшей школе Бухты Батлера.

— Тебе нравится Джейн Остин?

— Сначала я думала, что бедная девушка и богатый парень, сюжет… банальный, но потом я прочитала книгу и… ну, она оказалась хороша.

Он кивнул.

— Да, это так.

Конечно же, Джек читал. Почему нет? Мой идеальный парень тоже был книжным червем.

— «Рабский вид Бога?»[27] Я не знал, что кто-то ещё это читал.

— Ты читал эту книгу?

— Угу. И это полностью противоречило…

— Всему, что мы проходили на уроках истории?

— Ага, — рассмеялся Джек и стал дальше рассматривать книги.

— А есть то, что ты не читаешь вообще?

— Полно. Душераздирающие любовные романы… уж прости.

— Не отзывайся о них плохо, пока не попробовал почитать что-нибудь этого жанра.

— Не искушай меня. — Он подмигнул мне через плечо.

Я тихо выдохнула от облегчения, уловив скрытый подтекст в его словах, но всё ещё чувствовала, будто что-то упускала.

Джек подошёл к фотографиям в рамках. На одной были запечатлены мы с Джоуи во время сплава на двухместной байдарке пару лет назад. На другой — мы с родителями на переднем крыльце дома примерно в то время, когда впервые приехали сюда. Мне было лет десять, и меня словно в тисках с обеих сторон зажали родители. Мои волосы представляли собой непокорный бунт тёмных кудряшек. Я была одета в джинсы и белую футболку, на груди которой красовалась огромная картинка «Хелло Китти», и я улыбалась во все зубы, которые были слишком большими для моего лица. Джоуи стоял по другую сторону от моего отца, высокий и угрюмый, одетый в майку команды «Тар Хилз»[28].

— Ты не сильно изменилась, — прокомментировал Джек весёлым тоном. Я запустила в него одной из своих небольших подушек. Он усмехнулся. — Это твои родители?

Я кивнула. Мама была без косметики, её длинные прямые волосы были распущены, а одета она была в ярко-жёлтый сарафан, что делало её очень красивой, несмотря на натянутую улыбку на этой фотографии. Отец же, в ореоле своих светло-коричневых кудрей, сохранял каменное лицо — ни улыбки, ни нахмуренности. Я часто смотрела на эту фотографию и задавалась вопросом, что творилось в их головах. Жаль, я не могла ничего вспомнить, что дало бы мне подсказку по поводу того, о чём они думали в тот день… или в любой другой день. Жили ли они счастливо, переехав сюда, или это было им в тягость? Возможно, у них не оставалось другого выбора.

— Фотография сделана сразу после того, как мы переехали сюда.

— Откуда вы приехали?

— Ото всюду. Мои родители много путешествовали. У отца всегда была такая работа, которая требовала переезда. Последнее место, которое я помню, это Северная Каролина, но в Бухте Батлера я прожила дольше всего. И я проводила здесь каждое лето с бабушкой, поэтому можно сказать, что мой дом здесь.

— Чем он занимался, твой отец? — Это был логичный вопрос, исходя из информации, которой я поделилась с Джеком. Но я ненавидела разговоры на эту тему.

— Он работал в торговой компании в Саванне. Давай поговорим о чём-нибудь другом. — Отец всегда что-то продавал, всегда был занят делами, всегда пытался что-то наверстать.

— Не слишком молода для выпускного? — Джек смотрел на фотографию, на которой были запечатлены Джоуи, Колтон Грэйвс, Джаз и я. Нас сфотографировала бабушка.

— Это выпускной Джоуи. Он пригласил меня и Джаз. А это его друг Колтон Грэйвс, Колт. Они вместе играли в футбольной команде.

Джек кивнул и пошёл дальше.

— Какой период?

— Книги? Восьмой класс.

Он достал первую книгу из серии «Воины Эрата».

— Ты прочитала это прежде, чем вышел фильм, тогда… — Он задумался, словно такое положение вещей по каким-то причинам ему импонировало. — Не слишком ли ты была молода для подобных книг?

— Я читала тайно, по крайней мере, от моей мамы, — сказала я с хитрой улыбкой.

— Неужели? И как тебе это удавалось? С фонариком под одеялом? — Джек отошёл от шкафа и направился ко мне.

— У меня есть секретный уголок для чтения на чердаке.

— Правда? — сказал он, заползая на кровать. — Можно мне как-нибудь на него взглянуть? Мальчикам можно входить?

— Конечно, — рассмеялась я. — Только там немного пыльно и уже поздновато для наведения марафета. Я поднималась туда вчера после обеда. Чтобы подумать.

Джек уложил меня на спину, а сам устроился рядом, закинув руки за голову.

— И о чём ты думала?

— Что я никогда не забуду твои поцелуи, — честно сказала я.

— Я боялся спросить, учитывая твою головную боль утром, но ты помнишь прошлую ночь?