— Посмотрим, что ты сможешь вытянуть из нее за обедом. И мысли позитивно. Твое отношение к делу играет важную роль. И, конечно, скажи ей, что у нее будет все, что нужно, все, что угодно. Любое лечение, любой физиотерапевт, где бы они ни были… Да абсолютно все. Ей нужно только сказать словечко.

— Я передам. Насколько я знаю Сельму, сложнее всего будет помешать ей слишком рано вернуться к работе. Ты же знаешь, как она любит свое дело.

— Знаю, но и Пит с Венди не промах. Благодаря им все будет в порядке. К тому же не похоже, чтобы мы нуждались в мощной поддержке, чтобы проложить курс к тающему леднику. Это будет почти так же захватывающе, как… Ну, как наблюдение за тающим льдом.

Реми подошла к раздвижным стеклянным дверям и помедлила у порога. Легкий океанский бриз ласкал ее волосы.

— А как насчет татуировок? — спросила она, оглянувшись.

Сэм пожал плечами:

— В наши дни это дозволено. Похоже, все их делают.

— Я просто надеюсь, что она… Что на нее можно положиться.

Фарго подошел к жене и обнял ее сзади:

— Может, в колледже она так бунтовала. Все мы отдали этому дань. Помнишь?

— Говори только за себя. Я лично была хорошей девочкой.

— И ты ею осталась. Самой лучшей. Просто ты не очень хорошо разбираешься в мужчинах.

— Я готова закрыть глаза на твои недостатки. Кроме того, ты приятно пахнешь.

— Ты должна подарить мне на день рождения тот же самый одеколон.

Реми повернулась и понюхала грудь Сэма, потом поцеловала его долгим поцелуем, прежде чем отодвинуться и заглянуть ему глубоко в глаза:

— Счет один-ноль в пользу леди.

В тот вечер супруги Фарго наслаждались ужином в отеле «Валенсия» недалеко от собственного дома. Закуска из свежепойманного кальмара и перемена между блюдами из голубого тунца были лучшими, что им доводилось пробовать. Сэм заказал бутылку «Гобо Резерв Мальбек» урожая 2010 года, идеально подходящего к рыбе — дополняющего ее острую пряную приправу богатыми смородиновыми и шоколадными нотками.

Разговор вращался вокруг Сельмы и ее операции. Обоих супругов страшила необходимость уехать во вторник утром, пробыв дома лишь два полных дня.

— Напомни мне в следующий раз, чтобы я не составлял столь плотное расписание, — сказал Сэм, наблюдая, как прибой разбивается о пляж и снова набегает на песок в бесконечном круговороте «сполосни и повтори».

— Ты не виноват. Я же согласилась с тем планом, помнишь? — вздохнула Реми.

— Значит, виновата ты! В конце концов, тебе положено быть мозгами нашей компании.

— Должно быть, я пропустила эту памятку, мистер Изобретатель из Калифорнийского технологического института.

— Эй, всем нам лишь время от времени везет!

После того как Сэм расплатился по счету, они вышли через громадную дверь отеля, сделанную в стиле католических миссий, и направились по улице к тропе, что вела через лужайку к их дому.

На дороге напротив дома какой-то человек подправил фокусировку телеобъектива и сделал несколько снимков пары, силуэты которой четко виднелись на фоне ночного неба, освещенного полной луной.

Фарго на мгновение замедлил шаги и наклонился к жене. Глаза его обшаривали улицу справа:

— Не поднимай тревоги! По-моему, за нами наблюдают.

— Откуда? — спросила Реми негромко, продолжая идти, подлаживаясь под шаги Сэма.

— Не скажу наверняка, но, кажется, я заметил движение в одной из машин, припаркованных у дороги.

— Это может быть что угодно. Молодые влюбленные. Собака. Кто-то готовится завести машину или запирает ее.

— Верно. Но обычно в такой час в этом районе все затихает на ночь.

— Итак, каков твой план?

— Ты останавливаешься, обхватываешь меня руками и целуешь, стоя лицом к океану. Это даст мне шанс осмотреть улицу.

— Это хитрый способ овладеть мною?

— Думаю, к этому времени ты уже успела повидать большинство моих приемчиков.

— Ты всегда так говоришь… А потом пускаешь в ход новый.

— Целуй меня, роскошное создание! Быстро, пока я не состарился еще на одну минуту.

Реми остановилась, повернулась, приподнялась на цыпочки и обхватила супруга за шею.

Сэм пристально вгляделся в несколько автомобилей, припаркованных у тротуара, и заметил седан. Лунный свет, подтвердив истинность его подозрений, отразился в линзе камеры, блеснувшей, когда машина тронулась.

Фарго сжал запястье жены, и та прервала поцелуй. Они пошли дальше — до их дома оставалось совсем немного.

— Я что-то видел в одной из машин — возможно, линзу, отразившую свет, — рассказал Сэм. — Но есть и хорошая новость — эта линза не была прикреплена к ружью.

— Откуда ты знаешь? — спросила Реми, внезапно сделавшись совершенно серьезной.