– Вполне, – ответил Андрей. – Но только на это потребуются деньги.

– Вам оплатят все расходы, – ответил Благородный Дон.

– Это понятно, но без аванса… – сказав это, Андрей покраснел. Ему неприятно было признаваться в том, что у него совершенно нет денег.

– Держите, – сказал Благородный Дон, – доставая из внутреннего кармана пиджака и протягивая Андрею несколько пятитысячных купюр. – Этого должно хватить и на приведение вас в порядок.

– Да, конечно, – ответил Андрей. – Сейчас же этим займусь.

– Вопросы есть? – спросил Благородный Дон.

– Никак нет, – ответил Андрей. Его настроение заметно улучшилось от лежащей в кармане суммы.

– Тогда действуйте.

– Одну минуту, – окликнул Благородный Дон Андрея, когда тот был уже у двери. – Чуть не забыл, что у вас нет средства связи. Держите. – Он достал из другого кармана довольно скромный на вид мобильный телефон. – Зарядку и бумажки получите позже. Все нужные номера уже есть в записной книжке.

– Спасибо, – сказал Андрей, беря телефон.

– Звоните, как только закончите со сканированием квартиры.

На этом разговор был окончен, и Андрей вышел из будущего офиса очередного адвоката. Дойдя до перекрестка с оживленной улицей, он поймал такси. Через тридцать минут он уже выходил из машины возле своего дома. У подъезда стояла соседка – внушительных габаритов женщина младшепенсионного возраста.

– С возвращением, – сказала она, ответив на приветствие Андрея.

– Спасибо. Как тут, есть новости?

– Да нет. А ты где был? В командировке?

– Учился.

– На кого?

– На оператора вычислительных систем, – выдал Андрей первое, что пришло ему в голову.

– Понятно, – ответила соседка, решив на радость Андрея его больше не пытать.

Дома все было так, словно Андрей ушел из него не почти восемь месяцев, а каких-то пару часов назад. Даже жилой дух не успел выветриться из квартиры. Сняв пальто и переобувшись в комнатные тапочки, Андрей обошел свою двухкомнатную квартиру. Везде царили несвойственные ему чистота и порядок. Особым грязнулей Андрей не был, но бросить штаны на пол возле кровати или оставить грязную посуду в мойке на потом для него было в порядке вещей. Теперь же все было идеально, как в номере нормальной гостиницы при заселении. О том, что квартира долго пустовала, говорили выключенный пустой холодильник и пустые бутыли для питьевой воды. На тумбочке в зале лежала стопка оплаченных счетов «за коммуналку», – как и было обещано Андрею, Инспекция проследила за квартирой и за тем, чтобы все было нормально. У входной двери стояла сумка с вещами Андрея – ее тоже принес кто-то из курьеров ГСИ.

Возвращение домой было приятным.

Осмотрев квартиру, Андрей пересчитал деньги: 75 тысяч рублей. Для него это было настоящим богатством. Ему захотелось закатить себе пир, но надо было приступать к работе, а перед этим привести себя в порядок. Поэтому Андрей сначала посетил парикмахерскую, а затем прошелся по магазинам, где купил приличный костюм, новые туфли, несколько рубашек, галстуков и полупальто. От полученных денег после этого почти ничего не осталось, но это была ерунда.

Приняв после шопинга душ и переодевшись, Андрей отправился к хозяевам квартиры.

46 дом по улице Кривошлыкова оказался панельной девятиэтажкой в Западном районе Ростова, недалеко от областной больницы. Место было депрессивно-пролетарским, и Андрей в дорогом костюме выглядел там белой вороной.

Хозяева жили напротив сдаваемой квартиры. Домофон был сломан, и Андрей без звонка вошел в пахнущий котами и гопниками подъезд, поднялся на лифте на 9 этаж и позвонил в звонок рядом с массивной дверью.

Открыл мужчина лет 70, этакий куркуль из бывших советских хозяйственников-расхитителей.

– Здравствуйте. Я по поводу квартиры, – сообщил Андрей.

– Мы предпочитаем сдавать семьям, – ответил мужчина.

– Мне квартира нужна на 3 месяца для работы. Так что отсутствие водки и баб гарантирую. Тем более что вы живете напротив.

– Хорошо, – сказал владелец квартиры. – Мое имя – Борис Николаевич.

– Андрей.

– Когда хотите вселиться?

– Сейчас, если можно.

– Тогда пойдемте смотреть квартиру.

Квартира оказалась маленькой, однокомнатной, но чистой и вполне милой. Цена за нее, правда, была беззастенчиво велика, но спорить из-за денег Инспекции Андрей не захотел. Внеся аванс в 15 тысяч и пообещав остальные деньги в течение недели (за квартиру платит фирма, и договор должен пройти через бухгалтерию), Андрей получил ключ.

Распрощавшись с хозяином, он, не снимая костюма, лег на кровать и, закрыв глаза, начал медленно погружаться в межпиксельное пространство.

Андрей всегда был разгильдяем. В детстве он прекрасно стрелял из рогатки, делал взрывпакеты и дымовушки, и не упускал случая забраться на чужую дачу. В старших классах, будучи сообразительным ребенком, он понял, что главная польза от уроков заключается в возможности их прогуливать. В результате в теплое время года он ходил вместо школы на Дон или на озеро, которое из-за расположенного рядом асфальтового завода получило в народе название «Бухенвальд». Зимой с другими любителями сачковать уроки он торчал в Пионерской комнате. Там он делал домашние задания, чтобы не тратить на них свободное время. Учился он почти на «отлично» – это было необходимо, чтобы наверняка поступить в институт и не пойти в амию. К армии он относился примерно так же, как евреи к нацистским лагерям смерти. Поэтому после школы он подался учиться на инженера исключительно ради военной кафедры.