Дмитрий все-таки выжидал томительную паузу, снисходительно оглядел сослуживцев.

– Так вот, мсье Казаренок! Патрулировали мы с ополченцами Мамонта. Можно сказать, рука об руку. Мы с резиновыми дубинками, – они с обрезами и наганами. Разумеется, в карманах и под полой, но видно же… Вот так, господа хорошие! Сегодняшний день объявлен днем моратория на преступления. Кто осмелится и нарушит, тому крышка. То же будет и на девятый день, и на сороковины.

– Во дают! – глазки у Антоши восхищенно сияли. – Таким вот макаром нас и умоют всех!

– Верно, умоют. Еще парочка подобных выкидонов, и Мамонт станет первым корешем мирного населения. А в нашу сторону будут множественно поплевывать.

– Отпуская при этом грязные словечки, – добавил Дмитрий.

Антоша с сокурсником несолидно захихикали.

– Дмитрий, – Позвал Александр. – Будьте добры, сударь, приблизьтесь.

– С нашим для вас удовольствием, мсье, – разболтанной походкой всеобщего любимчика Губин подошел к столу. По-хозяйски, потрогал стакан, проверяя температуру, цопнул из пакета сухарь. – Не люблю, когда горячо. Придется всухомятку.

– Есть дело, Дмитрий, – внушительно произнес Александр, – и есть риск. Ищу подельников.

– А что по этому делу мыслит Митрофанушка?

– Митрофанушке лучше держаться от этого дела подальше.

– Ясно, не дорос еще, – Дмитрий с важностью кивнул. Сухарь хрупнул в его крепких зубах. Глянув на шкодливое лицо приятеля, Александр подумал, что перевести разговор в серьезное русло будет не просто.

– Вот что, Дмитрий… – он недоговорил. В кабинет ворвался разгоряченный Ростислав Чилин.

– Вы в курсе, что половина оперативников всего города провожает Лесника в последний путь?

Александр чертыхнулся. Нервно потянул к себе стакан и хлебнул. Горло обожгло огнем, чуть позже запылал желудок. Пока он отпыхивался, Дмитрий сурово выговаривал Чилину.

– В курсе, осведомлены, знаем. И нечего подымать волну. Видишь, человек чуть не захлебнулся. Я сам только что с похорон, а Казаренок постоянный слушатель «Би-Би-Си», так что вы, сударь, как всегда, опоздали.

– Кто же знал, что вы такие грамотные!

– А разве страна не должна знать своих героев?

– Она знает, Дим-Димыч, не сомневайся. И Митрофанушка, кстати, тоже.

– Причем здесь Митрофанушка?

– А притом: о Борейко до сих пор ни слуху, ни духу.

– Ну и?…

– Что «ну и»? Разве герои не обязаны работать по-стахановски?

– Ты намекаешь, что все дела Борейко спихнут на меня?

– Я почти уверен в этом, – Челентано хмыкнул. – Сашок, как шепчут по углам, до сих пор якшается с мафией, Казаренка отрывать от дел безнравственно, а ты…

– А он временно поступает в мое распоряжение, – вмешался Александр. – Ситуация такова, что мне требуются помощники. И возможно, одного даже будет мало.

– Сожалею, сэр, но… – Дмитрий шутливо развел руками. Чилин выглядел раздосадованным.

– Сашок, никто не ценит тебя так, как я, но пойми, Лесника уже нет, Митрофанушка не даст санкций, а без них…

– Можешь не беспокоиться, он их даст и не пикнет.

– Даже так? Гмм… – Челентано в раздумье подергал себя за нос. – Но надеюсь, вы обойдетесь без меня? Как-никак человек я семейный, без пяти минут дед и с положением.

– С положением или в положении? – Губин повертел рукой возле уха. – Извините, не расслышал.

Практикант Антоша гыгыкнул из своего угла. Челентано одарил его свирепым взглядом.

– Здесь, конечно, не костел, молодой человек, но тем не менее я попросил бы вас…

– Остыньте, уважаемый. Он ненарочно, – Дмитрий благожелательно кивнул Александру. – Так что там у вас, дружище? Какой-нибудь кот в мешке? Похожий на тигра, но рычащий как мышь?…

– Прервись, – Александр нервно взялся за стакан, но, вспомнив свой печальный опыт, отодвинул его подальше. – То, что я расскажу, коснется, пожалуй, всех так как речь пойдет о Леснике и его противниках…

В висках неприятно кольнуло. Кабинет поплыл перед глазами, фигуры людей расплющились, поползли вкривь и вкось совсем как в кривом зеркале. Секундой позже все снова восстановилось, и только под левой грудиной вздрагивало и трепетало напоминая о пережитом.

Однако!.. Александр с трудом перевел дыхание. Раньше с ним такого не случалось. Видимо, ныряние в фонтаны и сражения с призраками бесследно не проходят… Дмитрий тем временем присел на краешек стола и изящным движением вынул из кармана золоченый портсигар. Небрежно покрутил в пальцах и спрятал обратно. Портсигар был действительно представительный, и Губин не упускал случая продемонстрировать его лишний раз друзьям и знакомым.