– Ну что ж, господин убийца, – решительно сказала она. – Не знаю, как тебя зовут – Лев, Алла, Эля, Игорь или Зинаида Петровна, но скоро я это выясню.

Андрей Синицын сидел за рулем темно-синей Ауди, притаившейся за маршруткой, и терпеливо ждал, когда пробка рассосется. Ему хотелось выскочить из машины, ставшей временной тюрьмой, пробежать вперед и посмотреть, что там случилось. Ну и просто вдохнуть глоток воздуха. Маршрутка впереди отчаянно чадила. «Горит она, что ли», – раздраженно подумал он. К грязному заднему стеклу маршрутки прижималась чья-то объемная попа, обтянутая голубыми джинсами, и Андрей невольно посочувствовал пассажиру. В полный рост там не выпрямишься, так что бедняга стоит в полуприсяде. И тащиться ему в такой позе еще ой как долго. На фоне чужих страданий Андрей сразу почувствовал себя комфортнее. Да и джип Аслана стоит как вкопанный в левом ряду, чего жаловаться – служба идет. Джип потыкался тупой мордой в правый ряд и подрезал яркую малолитражку, девушка-водитель показала неприличный жест и неслышно выругалась за стеклом. Аслан перестроился на обочину и попробовал ударить по газам, но уехал недалеко – на обочине собралось немало таких же джигитов, любящих скорость.

Андрей съехал на обочину и поплелся следом. Впереди показалась причина пробки – черная бмв протаранила веселый ярко-синий жук. Мужчина в панике бегал вокруг машины и кому-то названивал. А за рулем Фольксвагена сидела молодая девушка. Голова ее была откинута назад и залита кровью. Машины равнодушно проезжали мимо.

– А, черт, – Андрей притормозил перед раскуроченным жуком и выскочил из машины.

– Скорую вызвал? – крикнул он мужчине.

Тот жестом попросил Андрея замолчать и продолжил лепетать в трубку:

– Да, Анатолий Иванович, я вот-вот подъеду, ужасные пробки. Через полчасика подвезу контракт, клянусь.

Андрей схватил аптечку и бросился к синей машинке, водительскую дверь заклинило, и он пробрался внутрь салона через пассажирское место. Девушка часто и прерывисто дышала. Он выхватил мобильник и вызвал скорую. Девушка застонала и приоткрыла глаза.

– Не отключайся, – по-деловому быстро сказал он. – Я Андрей. Как тебя зовут? Ты можешь сказать, как тебя зовут?

– Оксана, – с трудом ответила девушка. – Больно.

– Я знаю, что больно, но ты потерпи, – уговаривал ее Андрей, вытирая ее лицо. Оксана постанывала, закрыв глаза. Он откинул гладкие черные волосы, пропитавшиеся кровью. Рана на голове показалась ему неопасной – стесало кусок кожи, будет шрам, но не смертельно. – Доктор уже едет. Где болит?

– Нога.

Мужчина посмотрел вниз и увидел, что ее левая нога прижата дверкой, вогнутой от удара.

– Я попробую ее освободить.

Он выскочил из машины и, упершись ногой в покореженный металл, с силой рванул ручку на себя. Водительская дверка распахнулась. Краем глаза Андрей заметил, что виновник аварии, все еще болтающий по телефону, как ни в чем ни бывало усаживается в помятую бмв и достает ключи. Детектив подскочил к машине и, схватив его за шкирку, вытащил из салона. Мужчина, прикрыв трубку ладонью, возмущенно накинулся на Андрея:

– Что творишь? У меня контракт горит!

Андрей, прищурившись, достал пистолет.

– Я твой контракт сейчас тебя сожрать заставлю, скотина! Твой номер я запомнил, так что никуда тебе не деться. Но если попытаешь смыться до приезда милиции, буду стрелять, – мужик, увидев оружие, опустил телефон и, кажется, стал осознавать происходящее, и Андрей вернулся к жуку.

Девушка все-таки потеряла сознание и сидела, свесив голову, с которой прямо в вырез оранжевой кофты капала кровь. Андрей отвел глаза от красного ручейка, бегущего по глубокой ложбинке между грудей, и посмотрел вниз. На коврике под педалями темнела лужица крови – на левой ноге Оксаны зияла длинная глубокая рана. Загорелая кожа разошлась, вспоротая металлом, обнажив мясо до кости. Андрей достал из аптечки жгут и туго перетянул ногу выше колена. Затем оборвал окровавленные лохмотья чулок и бинтом перевязал ногу, стягивая края раны. Бинт тут же промок насквозь.

– Эй, помощь надо, да? – услышал он голос с кавказским акцентом.

Перед его аудюшкой припарковался джип, и Аслан, собственной персоной, возвышался над капотом жука.

– Вызови ментов, а? – попросил Андрей. – А то этому, – он кивнул на участника аварии, – совсем соображалку отбило.

Аслан набрал номер и, описав ситуацию, нажал на отбой.

– Уже едут. Их еще раньше кто-то вызвал. Она жива?

– Да, но сильная кровопотеря, возможно перелом и сотрясение.

– Хорошо, что жива. Красивая девушка, жалко такой умирать. Ты молодец. Кем работаешь?

Андрей насторожился.

– Врач, да?

– Инженер, – соврал он, старательно делая честное лицо, и добавил. – Строитель.

Аслан пристально посмотрел на него, втягивая крупным мясистым носом воздух, будто обнюхивая Андрея.

– Мне как раз нужен инженер. Строитель. Баню достроить. Хорошо плачу, – решительно сказал Аслан, оборачиваясь на мигалку скорой помощи. – Врачи приехали. Пойдем, расскажу, в чем дело.

Андрей, заинтригованный возможностью так легко внедриться в клан врага, подошел к джипу. Аслан открыл заднюю дверь и кивнул на папку с бумагами на заднем сиденье.

– Вот, смотри.

Андрей наклонился к бумагам, успев заметить какие-то чертежи, как вдруг сзади его подтолкнули, сильные руки втянули внутрь машины, дверка захлопнулась, и детектив увидел дуло пистолета, направленное прямо ему в лоб. Аслан сел за руль.

– У инженера оружие, забери, – приказал он бритому мужику на заднем сиденье. Тот быстро вытащил пистолет, которым ошарашенный Андрей не успел воспользоваться. – Ты иди в его машину, пистолет инженера положишь в бардачок, только не вздумай баловаться. Вытрешь его, чтобы отпечатков не осталось. Нам чужие стволы ни к чему, мало ли какой на нем висяк, – худой черноглазый подросток, сидящий впереди, просиял, видать, не часто ему доводилось ездить за рулем, – ключи в зажигании, я смотрел. И за нами. А ты, инженер, не рыпайся. Сейчас доедем, и ты мне расскажешь, зачем с собой пистолет носишь. И почему за мной ездишь весь день.